Один момент, одно утро полностью

Как только мать сказала, что приезжает, Карен поняла, как сильно она истосковалась по ней. Ничто не может заменить материнской любви, но ее родителям за семьдесят, и они живут далеко. Хуже того, у отца болезнь Альцгеймера, и его нельзя надолго оставлять без сиделки. Эту роль мать выполняет круглосуточно, и найти подмену нелегко. С тех пор как отцу поставили диагноз, Карен привыкла считать свои собственные нужды второстепенными – прошло много лет с тех пор, как она что-либо требовала от матери, не говоря уж про отца. Даже в прошлые выходные она сказала матери, что прекрасно справится, что Филлис и Анна помогут ей и что, несмотря на возражения мамы, ей ни к чему приезжать пораньше. Но теперь она поняла, что, как бы ни поддерживали ее другие, это совсем не то, что материнская поддержка. У Филлис свое горе, и Анна не ее мать.

Удивительно, что когда, наконец, Карен поняла, что завтра увидит маму, ей стало еще печальнее, и она заплакала.

– Как мне нужна мама, – всхлипывает она.

Она по-прежнему ощущает, как Саймон сидит у нее за спиной и с пониманием кивает. На мгновение она чувствует себя не старше Люка или даже Молли и по-детски вытирает руками щеки. Во влажной атмосфере ванной не понять, где слезы, а где конденсат.

Они выбираются из бара уже во втором часу ночи.

– Хотите выпить у меня кофе? – предлагает Хоуи.

Лу хочется продлить вечер как можно дольше, а Хоуи живет рядом с ней.

– Я хочу.

– Я тоже, – говорят София и Вик.

Все идет гладко, но Лу еще нужно удостовериться, что собой представляет София. Учитывая язык ее тела, Лу почти понимает, что физически привлекает ее. Например, в пабе, где они два часа сидели вместе, София положила руку на спинку скамьи, почти обняв ее за плечи. И она много смеялась. Но в присутствии других у них не было возможности на большее проявление чувств, поэтому было трудно удостовериться наверняка. И Лу так и не может избавиться от тревоги, что у Софии есть несколько женщин, привлекательных и заинтересованных – взаимно – в близости с ней.

Черт побери! Как хочется узнать, о чем думает София! Почему все так сложно? Лу мысленно ругает себя. Когда простая встреча с кем-то сопровождается такой тревогой и страхами, что же удивляться, что ей так отчаянно не везет в отношениях?

Господи, она вдруг осознает, что, погрузившись в свои мысли, отстала от остальных. Но София задержалась на углу, чтобы ее подождать. Лу бегом догоняет своих друзей.

– Извини, – говорит она, – я бродила в собственном мире.

– Ничего, – отвечает София, – это хорошо, – и, прежде чем Лу успевает остановить ее или отстраниться, берет ее за руку.

Ее ладонь в самом деле восхитительна, и жест кажется таким искренним, таким нежным, таким интимным, что Лу больше не может сдерживаться. Она смущена, но ее так тянет к Софии, что ей непременно нужно знать, ответит ли она ей взаимностью, прежде чем они пойдут дальше.

– М-м-м… Можно тебя спросить?

– Да, что?

Лу вся трепещет – ей трудно на это решиться. Но на улице темно, и они выпили, так что ее смущение, хотя бы слегка, скрыто. Наконец, она выговаривает:

– Та девушка в ресторане…

– Что та девушка?

– Ты дала ей свой номер телефона, – тихо говорит Лу.

София готова рассмеяться, но потом, видимо расслышав тревогу в голосе Лу, поворачивается к ней:

– Ты ведь не подумала, что я ею заинтересовалась?

Лу молчит. Она чувствует себя такой беззащитной, неловкой, что не может открыто признаться в своем волнении.

А София продолжает:

– Я встретилась с ней на вечеринке в Лондоне несколько недель назад.

У Лу начинает колотиться сердце. Ее реакция может показаться чрезмерной, но она ничего не может с собой поделать, ее надежды взмывают вверх, и все же она сдерживается, боясь разочарования.

София продолжает:

– Думаю, да, она слегка запала на меня…

Лу может не выдержать, услышав остальное, но ей все-таки нужно знать.

– …хотя, честно сказать, не думаю, что она так уж разборчива.

Мысли Лу возвращаются в «Лорд Нельсон». «Это похоже на правду, – думает она. – она и ко мне немного подкатывалась тогда».

– Все равно она скоро уезжает в Испанию.

– А…

– И я сказала ей, что у меня есть подруга в Мадриде, которая ищет, с кем можно разделить комнату, – заканчивает София. – Она хотела взять мой телефон, чтобы я их познакомила.

– Понятно.

И вдруг Лу чувствует себя полной дурой, а София добавляет:

– Я действительно ушла с той вечеринки, не дав ей номера, потому что она показалась мне сначала немного настырной. И в ресторане я ощутила себя – как это сказать? – застигнутой врасплох. Я стушевалась.

– Понятно, – говорит Лу.

Они идут дальше молча, Лу по-прежнему погружена в свои мысли. Она рада, что между Софией и этой девушкой ничего такого не было, но тем не менее ее охватывает ужас.

«Я показала себя полной идиоткой, – думает она. – И теперь София знает, что она мне очень понравилась. Какой стыд! Когда я научусь вести себя правильно?»

Они уже почти дошли до дома Хоуви, а Лу все продолжала переживать.

Но тут София поворачивается к ней и целует.