— Молодой человек, я вас огорчу, в Москву прибыли представители известного вам банка. Сделан официальный запрос в нашу контору по поиску злоумышленников.
— И чё?
— Сушите сухари. Шучу я, шучу. Я вас прикрою, если что, — договорил дядя и отключился.
«Сделан официальный запрос, а они ж могут и без официоза!» Три дня для Макса прошли в напряжении, ещё этот Никита, улепётывал из Ростова, как будто за ним кто-то гонится…
«И сейчас, надо же назвал мой логин хакера. Да удачно так, тролль несчастный!»
— Макс.
— Чё?
— Куда нам бежать?
Макс посмотрел в затравленные глаза Никиты и расплатился:
— Туда где нет тридцать первого дня месяца…
И по глазам Шувалова ударила чернота. Никита заматерился. А в глазах Макса стоял сплошной серый цвет в зелёную полоску. И было очень плохо. Никита что-то говорил, Макса рвало, Дальнейшее он плохо помнил. Вроде стали собираться куда-то, потом какие-то голоса, куда-то потом ехали. Снова голоса. В себя Макс, стал приходить в какой-то комнате и то предметы видел плохо. Холодная вода третьего стакана позволила рассмотреть солидного мужчину, сидевшего за столом.
— Крутой мэн! — проговорил, а лицо Никиты на мгновение приняло язвительный характер.
— Да, круче нас только яйца, выше нас только звёзды, — донеслось от стола. — Звёзды шоу-бизнеса зажигают! Да на этих звёздах пахать можно!
— Очуметь, — невпопад брякнул Макс. Он не понял, что атаман Егорлыцкой станицы хорунжий Караваев Фёдор Иванович читает и комментирует «Жёлтую газету» и очень удивился, когда атаман ответил:
— А ты видно, мил человек, чумкой переболел с изменением облика. Фейс-контроль, когда проходил? Никита, почему-то засмеялся. Макс надулся. — Так, ну это пошла порнография, её в сейф положу.
— А чё не в папочку для личного пользования?
— Сиди на попе ровно, прынцеса.
— А чё за наезды, я не понял?
— Вау! Надо тебя в «холодную» отвесть, касатик. За наезды.
— Без Никиты не пойду!
— Пойдёшь. Камера чистая. Клининг сделан.
— А клопы остались, — гнул своё Макс.
— Я вижу, ты, бывал в камере-то. По малолетке, аль недавно? — вышучивал Караваев.
Потешающийся Никита потащил Макса в «холодную». Там Макс мгновенно заснул. Никита ещё поговорил с атаманом и тоже «предался сну».
А атаман ещё долго сидел в правлении, перелистовал паспорта, журналы, техническую литературу, что Никита, сам, передал хорунжему. Дома ещё жена стала ругать за то, что не привёл хлопчиков ночевать в их курень.
«И кто ей доложил, а?» А утром вручила большущую сумку с завтраком. Сумку потащил старший сын Ромка. Завтрак на пятерых умытые Макс и Никита умяли за один присест. Макс, который ничего толком не помнил, с удивлением, рассматривал камеру, где они ночевали, колодец, коновязь и комнату со столом, скамейками и большой портрет императора Николая II.
— Это чё тут кино снимать будут? — допытывался Макс и кивнул на казаков.
— Макс, мы попали в прошлое.
— Не гони.
— Кони вон с бричкой стоят, впрягайся.
— Издеваешься? — Макс не верил. — Какое прошлое, вон, сколько декораций поставили, массовку переодели. Счас главные актёры приедут, снимать начнут.
— Макс, ты головой вчера не стукнулся?
— На свою посмотри. Макс, кроме того, что был хакером, был ещё и ярым фанатом кино.
Атаман, смирный, молча, слушал перебранку свалившихся к ним невероятных гостей.
«Хоть бы кум заехал что ли. У него там целая сотня объявилась, с эсминцем. Может, подскажет что, а то не знаю, кому и докладывать новостя. Упекут ещё в дурку, прости хосподи»…
Со стороны шоссе раздался приглушённый расстоянием взрыв. Встревоженный атаман послал туда пятерых конных вооружённых казаков. А через четверть часа, подъехала машина. Все кто был в правлении, выскочили за дверь…
С удивлением Макс разглядывал джип неизвестной модели, из которого вышли четверо: Патрик Демпси, «чувак» Лебовски — Джеффри Бриджес, молодая девушка и человек в форме казачьего офицера.
«А это кого так загримировали?» Офицер подошёл к человеку, который кормил их завтраком.
— Здравствуй, кум Фёдор.
«Наш?!» — гадал Макс.
— Здравствуй, кум Роман. Поздоровались и троекратно поцеловались.
«Э, как в роль вжились».
— Я смотрю, ты на крутой тачке разъезжаешь. Все приезжие засмеялись.
«Они, что русский язык понимают?»
— Вот едем в Ростов.
«Это, чё, я ошибся?» Приезжие отрекомендовались.
«А как же кино? Если они в Ростов едут. Что-то тут не так. А держатся они, как, как буржуи»…
— Кто сотовую связь наладил? — спросил господин Борн-Демпси. Никита кивнул на Макса.
— Акадэмик! Не то, что мы скромные служащие почты, мля.
Макс, не любивший такие «сиротские» разговорчики, завёлся:
— Чё гнать то. Тачка за тридцать кусков амеров, прикид от кутюр. У Борна вон, перстень за пятнадцать штук.
— За шестнадцать.
— Борн, мля, правда?
— А у тебя, «чувак» за десять. А вон у тёлки только туфельки за штуку.
— За туфельки спасибо, козлик…
Макс надулся. Тут до него дошло, что Никита сказал правду о прошлом.
«Ёклмнэ. Грёзы сбылись! Удачно хоть попали? Чё нас на 100-о лет опустили?… и они, по ходу, сюда попали. Крутые «буржуи». А Лиэль кто? Охохоички! «Кусок разговора далее он пропустил. Ибо москвича Макса реально коротнуло.
