Мое тело обмякло, когда он встал и наклонился надо мной, его пальцы все еще были во мне. Он зажал зубами мою нижнюю губу, позволяя мне попробовать себя на вкус. Элайджа прошептал:
— Детка, тебе придется быть тихой, иначе ты разбудишь детей. Я еще далек от того, чтобы закончить с тобой.
Я задрожала и кивнула, когда он согнул внутри меня пальцы. Моя спина снова выгнулась, и Элайджа поцеловал меня глубоко, но на этот раз нежно. Я накрыла его руку своей и приподняла таз, побуждая его ускорить темп. Он застонал.
— Пиздец, ты бесценна. Я не заслуживаю того, чтобы прикасаться к тебе. — Я поцеловала его в шею. — Элай в твоей комнате? — Я кивнула. — Тогда на диван. Не верю, что ты будешь тихой.
Я захныкала в знак протеста, когда его пальцы покинули мое тело. Элайджа подхватил меня на руки. Он поставил меня на ноги, стащил по бедрам болтавшийся на талии сарафан, пока он не оказался у моих ног. Моя кожа покрылась мурашками от осознания того, что я полностью обнажена перед этим мужчиной. Эта мысль была столь же волнующей, сколь и пугающей. На моей груди появились растяжки, но в его темных глазах я не видела ничего, кроме желания. Твердая, длинная эрекция, оттягивающая его джинсы, была еще одним напоминанием о том, что, несмотря на изменения в моем теле после того, как я стала мамой, Элайджа был полностью увлечён моим внешним видом.
Но несправедливо, что только я была обнажена. Я схватилась за низ его рубашки, он помог мне снять ее через голову и бросить на пол. Я провела ладонями по его торсу. Его мускулистая грудь покрыта темными волосами. Они были редкими и заметны только вблизи, когда я прослеживала пальцами его татуировки. Пальцы моих ног подогнулись.
Мне все в нем нравилось.
Почувствовав себя смелой, я подошла ближе и поцеловала его правый сосок. Я скорее почувствовала, чем увидела, как его рука скользнула в задний карман. Он бросил бумажник на диван, а затем схватил меня за талию и развернул, усадив на диван так, что я оказалась у него на коленях. Мои колени оказались по бокам от него, а его гигантская эрекция прижалась к моим бедрам. Несмотря на разделяющие нас джинсы, в животе у меня поднялся жар.
Я провела руками по его широкой груди, наклонилась и поцеловала его. Он погладил мои предплечья вверх-вниз, а затем обхватил мою попку, покачивая меня вперед-назад вдоль своей эрекции. Из глубины горла Элайджи доносились звериные рыки. Эти гортанные звуки доносились прямо до моей киски. Он щипал и дергал мои соски.
— Элайджа, — простонала я. — Пожалуйста.
Мне нужно было почувствовать его внутри себя, прежде чем утону во всех этих невероятных ощущениях, которые испытывала.
Я положила руку на ширинку его джинс и сжала, скользя пальцами по всей длине. Он был большим. Внезапно мне захотелось увидеть каждый сантиметр. Элайджа начал расстегивать молнию на джинсах, и я отодвинулась, предоставляя ему пространство. Секундой позже джинсы Элайджи были спущены до колен. Я ахнула. Он развернулся, и я впервые увидела его мощный, с прожилками член, выступающий вперед. Он был очень твердым и толстым, и выглядел болезненным. Как он мог сдерживаться? Я хотела, чтобы он получил разрядку больше, чем нуждалась в третьем оргазме.
Я потянулась к нему, но он схватил своей рукой мою, и провел ею по своей твердой, напряженной эрекции и сжал ее в кулак, грубо водя ладонью вверх-вниз. Я застонала от ощущения его члена в ладони, в то время как другой рукой он открыл бумажник и достал презерватив. Я убрала руки и в молчаливом ожидании смотрела, как он разрывает упаковку и надевает презерватив. Я придвинулась к Элайджи, он обхватил мои бедра, выравнивая наши тела, пока я не почувствовала, как его головка надавила на мой вход. Он замер ожидая момента, когда наши глаза встретятся.
Когда наши глаза встретились, все остальное перестало иметь значение. Между нами все было идеально, блестяще и ново. Более чем идеально, в этот момент было ощущение правильности. Мне казалось, что наши души делали это уже миллион раз, даже несмотря на то, что наши тела этого не делали. Его рука переместилась с моего бедра на шею. Он сблизил наши лбы, сохраняя единый, плотский зрительный контакт. Это чувство определит меня, оно будет жить во мне и в восемьдесят лет. Ведь его душа оголена в его взгляде и просачивалась в мою, прежде чем он вошел в меня. Через несколько мгновений он прижал меня к себе.
Мое тело воспламенилось и расцвело для него. Ничто из того, что я знала или чувствовала раньше, не могло подготовить меня к этому моменту с Элайджи. Без подготовки он вошел в меня. От этого жар, прокатившийся по мне, был намного сильнее. Это был не секс. Я не знала, что это такое. Это было неописуемо, и я кончила еще до того, как он полностью вошел в меня.