Город Золотых Башен встречал путников звуками торжественных труб. У сходней принца ждали Император с супругой. Эмгыр выглядел совершенно непохожим на себя — словно, приняв окончательное решение сложить с себя корону, он освободился от каких-то внутренних кандалов, в которые сам себя заковал. Объятие, которым он встретил сына, было по-настоящему искренним — он задержал Фергуса в руках на несколько секунд дольше положенного.
Императрица, в свободном белоснежном платье, выглядела радостной и цветущей. Иан, пусть и весьма преуспел в анатомии, все еще не слишком разбирался в «женских» делах, но он заметил, что Рия, несмотря на разницу в сроках, была даже круглее, чем Шани. Этой тайне, впрочем, вскоре нашлось объяснение — уже во дворце мать поделилась с Гусиком, что императорский лекарь на последнем осмотре расслышал внутри нее биение двух сердец, вместо одного.
Лита встречала брата чинно и, не в пример самой себе, величественно — в ней чувствовались очень знакомые Иану повадки госпожи Йеннифер. Сама чародейка, однако, не скрывала радости, приветствуя эльфа.
Город ликовал, встречая юного наследника. Император настоял, чтобы Гусик проехал по улицам столице не в экипаже, как остальные, а верхом, и люди бросали под копыта Пирожка, прибывшего с Севера вместе с хозяином, букеты цветов и разноцветные ленты. Фергус, смущенный, старался держать гордую осанку, но под конец уже не мог выдерживать церемониал, и принялся махать всем направо и налево, вызывая еще большее ликование. Иан, вполуха слушая рассуждения Литы, сидевшей в экипаже рядом с ним, смотрел на друга с гордой улыбкой. Народ приветствовал не просто нового Императора. Все знали, что Фергус вернулся с войны, пусть и не поучаствовал ни в одной битве — и вернулся триумфатором.
Гуляниями в тот вечер Нильфгаард ничем не уступал Вызиме. Во дворце был организован пир, на котором Фергус принимал поздравления и приветствия военачальников. Еще не коронованный, он был центром всеобщего внимания, словно уже занял трон и готов был возглавить войска хоть завтра.
Гонец появился в пиршественном зале после первой перемены блюд. Он, в отличие от всех прочих, под внезапно молчаливыми тревожными взглядами, проследовал прямиком к Эмгыру и протянул ему депешу. Император, до сих пор позволявший себе улыбаться и даже шутить — не многим смешнее, чем папа — враз посерьезнел, пробежав глазами по строчкам, кивнул гонцу, отсылая его прочь. Рия, взволнованная, опустила ладонь на руку супруга, и тот снова изобразил улыбку.
— Новости о войне? — спросила женщина тихо, — все с начала?
Эмгыр отрицательно покачал головой, но просидел за столом не больше четверти часа. Он поднялся, поцеловал Рию в лоб и поманил за собой Гусика.
Иан, конечно, выскользнул вслед за ними — его сердце тревожно билось, он всем своим существом осознавал, что произошло нечто непоправимо-страшное. Люди слишком расслабились, слишком легко поверили в победу, и теперь всех ждало неминуемое разочарование.
В личный кабинет Императора, куда отец отвел Фергуса, юному эльфу, конечно, вход был закрыт, но Гусик, заметив слежку, велел стражам пропустить друга — принц тоже понимал, что новости пришли ужасные, и не хотел столкнуться с ними в одиночестве. Император не стал возражать.
Когда он обернулся к юношам, вытянувшимся по струнке, лицо его было мертвенно бледно.
— Королева Саския пропала без вести, — сообщил он негромко, и юноши удивленно переглянулись.
Иан знал о спорах, которые шли в высшем командовании Темерии — Цири настаивала на необходимости «обезглавить» вражескую армию, считая, что только так можно было предотвратить новую волну военных действий. Юного эльфа не посвящали в стратегии и планы, даже Гусик об этом помалкивал, известно было лишь, что союзники Цири не видели в устранении Саскии необходимости — мало кто верил в силу ее влияния. Для военачальников и королев она была лишь одним из врагов, едва ли опасная сама по себе, без своей армии. Но, видимо, у Цириллы, как всегда, нашелся на это собственный ответ.
— Это не входило в планы, — продолжал Император, — и ее смерть не подтверждается — тела обнаружено не было. Но представители Саскии отправили в Вызиму парламентеров. Ты должен будешь сразу после коронации отправиться в Темерию для заключения мирного договора.
Гусик немного потерянно кивнул. Пока новости были хорошими. Сестра оказалась права, и войне действительно приходил конец. Но лицо Эмгыра, то, как поджались его губы и сошлись над переносицей темные брови, говорило об обратном.
— Цирилла тоже пропала без вести, — как меч палача на голую шею приговоренного уронил Император.
У Иана потемнело перед глазами — значение неожиданного жеста Цири вдруг стало ему кристально, мучительно ясно, и простой кулон, все еще скрытый под рубахой, вдруг показался ему тяжелым камнем, тянущим его на дно. Он покачнулся, силясь устоять на ногах, а Гусик решительно шагнул к отцу.
— Она погибла? — спросил он, не контролируя собственный голос и сорвавшись на крик.
Император молчал.