Кое-как приведя в порядок взъерошенные волосы, Присцилла надела сорочку и снова зарделась, вспомнив, как Логан ее снимал. С поцелуями и ласками, с жарким шепотом, от которого тело покрывалось мурашками, с восторженным блеском в глазах. Не удивительно, что она не устояла и опять позволила ему то, о чем благовоспитанным девушкам не дозволено даже думать. Дважды. Или трижды, если считать тот раз, когда Логан проник в нее своим языком. Возмутительная вольность! И невероятные ощущения… словно ее затянуло в портальный круг и хорошенько встряхнуло вместо перемещения. Закружило, обдало жаром и вернуло назад, к сильным ладоням, придерживающим ее бившееся в лихорадке тело.
— Росс, выходи завтракать, — насмешливый голос Логана вторгся в череду воспоминаний, вызвав в мыслях легкий хаос.
Поддавшись панике, Присцилла спешно пошарила вокруг, пытаясь нащупать остальные элементы своего скромного наряда, но поиски завершились провалом. Пришлось выбраться из палатки в одной сорочке.
— Завтракают утром, а сейчас… — она осеклась, обнаружив наконец кружевные панталоны, опрометчиво сброшенные вместе с комбинезоном — те сохли на веревке возле костра, где у котелка возился обнаженный по пояс Логан. — Ты их трогал?
И сглотнула, понимая, как глупо звучит вопрос.
— А факт, что я трогал тебя, не смущает? — с лукавым прищуром он откинул со лба выгоревшую прядь и неспешно подошел ближе.
Присцилла невольно засмотрелась на его торс, словно выточенный из мрамора. Крепкий и рельефный, как у статуй в античном музее.
— Нельзя говорить такие непристойности вслух! — покраснев, она попятилась назад к палатке, но не успела сделать и пары шагов, оказавшись в крепком кольце рук.
— Это естественно, а значит, не может быть непристойным, — прерывистое дыхание щекотало ключицу. — Уверена, что хочешь одеваться?
Призывный шепот распалял. Сердце сжалось от волнения, но Присцилла принялась вяло отбиваться, страшась показаться доступной.
— Мы же только что…
Логан не поверил наигранному протесту и, не размыкая объятий, прильнул губами к выпирающей косточке плеча.
— Почему бы не повторить? — одна из ладоней нахально скользнула в вырез сорочки и накрыла грудь.
Тело мгновенно отозвалось на ласку. Дыхание Присциллы сбилось, щеки зарумянились, а в венах загудело пламя, не сравнимое с жаром от огненной струи дракона.
— Потому что… — требовалось придумать весомый довод, чтобы остановить то, что останавливать не хотелось.
Не хотелось, но было необходимо, пока не зашло слишком далеко. Их первую близость еще можно было оправдать. Сиюминутным порывом, отчаянным азартом ссоры, временным помешательством рассудка — чем угодно. Теперь же, когда волнение улеглось, разум умолял не совершать опрометчивых поступков.
— Потому что твоей невесте не понравится подобное поведение, — наконец, нашлась Присцилла.
— Кому? — искренне удивился Логан, не переставая целовать. В шею, скулу, висок — всюду, куда дотягивался, пока она не слишком яростно извивалась в его руках.
— Той, что подарила камею, — решив, что пора оскорбиться, Присцилла обиженно насупилась, но вместо оправданий услышала довольный смешок.
— Ты такая горячая, когда ревнуешь.
— Отпусти! — она с досадой шлепнула Логана по предплечью.
В отместку тот стиснул между пальцами ее сосок.
— И не подумаю, — ослабил нажим, пощекотал упругими подушечками и снова сдавил, срывая с губ Присциллы глухой стон.
Она запрокинула голову, признавая поражение, и больше не упрекала себя за легкомысленность. До сладко-болезненной дрожи хотелось, чтобы Рик продолжал. Трогал там, где никто до него не осмеливался. Гладил, кусал, проводил языком. От фантазий вперемешку с воспоминаниями сознание плыло, растворяясь в окутывающем тело дурмане. Зажмурившись, Присцилла еще ярче ощущала каждое прикосновение. Мягкие и влажные — от губ, нежные и чуть-чуть шершавые — от пальцев.
— Это камея моей матери, — посерьезневшим голосом сообщил Логан, поочередно обводя ее съежившиеся соски. — Единственное, что осталось на память.
Обманчиво ровный тон не скрывал горечи, и Присцилла отчетливо ощутила укол вины. Сама того не желая, она затронула острую тему, но расспросить о подробностях не отважилась, как и утешить.
— Прости, если разбередила рану, — поймав взгляд Логана, пробормотала она.
В ответ на ее шепот в голубых глазах заплясали хитрые искорки.
— Не будем о прошлом, когда есть настоящее, — ладонь с талии медленно переместилась ниже, задирая сорочку.
Пальцы второй руки скользнули от ложбинки груди к подбородку. Придержав за него, Рик легонько поцеловал Присциллу в губы, а потом ловким движением развернул к себе спиной и снова обнял.
— Что ты делаешь? — ахнула та, чувствуя, как затвердевший пах упирается в ягодицы.
— Кое-что новое, — хмыкнул Логан, наклоняя ее вперед.
— Что? Нет! — запротестовала Присцилла, осознав, к чему все идет.
