На берегу озера мы сделали остановку на день. Нужно было прийти в себя и хорошо передохнуть перед завершающим переходом. В этом месте тракт удойно проходил возле низких, удобных берегов. Здесь же стоял небольшой постоялый двор для путников, в котором можно было как поспать, так и смыть дорожную пыль в бане. Кузьмич договорился с трактирщиком, и передал скопившиеся грязные вещи в постирку, а мы разместилисвой фургон немного в стороне на живописном берегу, планируя на ночь переехать поближе к караванщикам.
А пока, разлив по кружкам горячего сибирского отвара, прикупленного по случаю у каких-то бурятов в Верхнеудинске, я постарался отрешиться от всех мыслей и дать отдых своим нервам. Что не говори, а темп жизни, в которую я так неожиданно влился оказался просто сумасшедшим. Точнее сумасшедшим для жителей девятнадцатого века. Мне же, как представителю другой эпохи он казался нормальным, тем не менее морально я подустал. И теперь огромное озеро, образованное здесь много тысяч лет дарила мне свою энергию.
Пока мы с братьями предавались медитации, глядя на набегающую байкальскую волну, попивая бурятский травяной сбор, не заметил как к Егору Кузьмичу потешил коренастый купец, с большой бородой. Я не сразу заметил их диалог, а когда Кузьмич заметил внимание с моей стороны, он махнул мне рукой, подзывая. Познакомились, звали купца Тихон Евстигнеевич Миров, он уже в третьем поколении занимается мехами. Скупает в определенных поселениях местных аборигенов по всему тракту, и отправляет пушнину в европейскую часть империи. Как правило Тихон довозит товар до Екатеринбурга, где передает его старшему брату, отвечающему за конечную реализацию. Есть несколько лавок в столице, Москве, Казани, Нижнем Новгороде и Екатеринодаре. Вообщем семейный торговая подряд, а по сути торговая компания, с достаточно разветвленной структурой, есть даже пошивочный цех, где из мехов делают изделия — шапки, шубы и прочее. Как оказалось интерес Тихона появился после перехода по гати, когда мы отогревались. Оказалось, человек которого мы отогрели в своем фургоне и отпоили горячим целебным отваром жив здоров, отделался легким испугом и незначительным насморком. Чему купец был очень рад и благодарен, за что принес Кузьмичу в подарок две собольи шкурки. Конечно же мне в процессе пришлось провести более детальную экскурсию по нашему дому на колесах, что стало уже привычным за время путешествия. Не знаю как и когда, но мне показалось что этот ушлый кержак запланировал лично посетить Анисима и сделать заказ. Есть что-то все-таки авантюрное в этих сильных духом простых, но все-таки чертовски авантюрных людях, вот взять даже тех купцов, что повстречались нам на пути, а если вспомнить Хабарова, Дежнева, Ермака и иже с ними. Не было бы этих железных людей, была бы история такой как я ее помню в будущем? Но это риторический вопрос, это я что-то растекаюсь мыслью по древу. А между тем, пора передислоцироваться с озера к стоянке обоза.
Как и планировали в путь до Иркутска мы отправились спустя день отдыха на постоялом дворе при почтовой станции. Вообще, когда строили эту дорогу, а ее как оказалось называют Кругобайкальский тракт, то открыли пять почтовых станций: Култукская, Муравьёва-Амурская, Утуликская, Муринская и Снежинская. Некоторые из них примыкали к Байкалу и имели добротные причалы, с помощью которых осуществлялось строительство и снабжение, а также значительная часть торговой деятельности.
И вот наконец путь вдоль берега озера закончился. А поздней осенью, скажу я Вам это еще то испытание. Мы в основном сидели и грелись в фургоне, каждый час меняя возниц, а их соответсвенно перед сменой одевали по теплее и мазали открытые участки кожи жиром. Что это был за жир, мне у Кузьмича так и не удалось выяснить, думаю он и сам не знал. То ли китовый, то ли тюлений, то ли медвежий. Притащил его от купцов Кузьмич в глиняном горшке, и он и правда очень хорошо. Особенно мерзко, когда с Байкала дует сильный ветер, с учетом влажности, испытание это еще то. За лошадьми на стоянках тоже приходилось ходть, чтобы они выдержали путь без трагических последствий для их «конячего» здоровья.
Мы сделали очередную остановку в Култуке, саму почтовую станцию называют Култуячная, это прям на югозападе Байкала на берегу одноименного залива. Небольшой населенный пункт примерно на 300-400 жителей, тем не менее играет роль важного перевалочного пункта. Здесь же если не ошибаюсь закипит работа по строительству Кругобайкальской железной дороги.
За время пути мы отлично сошлись с Тихоном Евстигнеевич Мировым. У него было три телеги, один возок, и мы часто приглашали его с возничими к своему столу. К слову сказать, они всегда приносили угощения и приварок. То это был соленый хариус, то копченый омуль, то вареные яйца, купленные у местных жителей по пути.
