Когда Андрей Михайлович услышал наш реальный возраст, у него отвисла челюсть, и он так и сидел, пока Анна Николаевна вдруг не подавилась кусочком яблочного пирога. Стряпчий тут же начал хлопать ее по спине, потом подал ей стакан воды и снова взглянул на нас с вопросом:
— Сколько-сколько, простите?
— Восемь лет, вы не ослышались. Просто как-то так вышло, что с самого рождения мы росли быстрее, чем наши сверстники, вот результат вы сейчас сами видите.
— М-да… — только и сумел в ответ вымолвить Томских. — Я бы вам меньше двенадцати-тринадцати лет ну никак не дал. А как же вы ловко того лиходея одолели. И это в восемь-то лет?!
— Да, Андрей Михайлович, мальчишки у меня боевые, что уж говорить. Так и не мудрено, они с детства на границе с Китаем росли, там что ни день, то какая напасть приключается. То хунхузы налетят, то каторжники бунт учинят. Вот с малолетства и учатся все без исключения дети за себя постоять, да и при нужде ближнему помощь оказать. А эти трое братьев — вообще случай необыкновенный… — разошелся от двух стопок Кузьмич, да так что мне пришлось пнуть его ногой под столом, а то, чем черт не шутит взболтнёт чего лишнего, а оно нам не надо совсем.
— Андрей Михайлович, — перебил я Кузьмича, — соблаговолите объяснить, ведь стряпчие занимаются оформлением придумок там разных, да? Патенты и прочее…
— А как же Илья, конечно. У нас практика и в империи, и несколько раз изобретения наших инженеров регистрировали в Лондоне и вроде в САСШ. Там был клиент, которым занимался мой коллега. точнее не скажу, но помню, что из-за него сослуживцу на несколько месяцев пришлось уехать из России, чтобы справить нужные бумаги. Дело это достаточно хлопотное. А у вас Илья какой к этому интерес? Неужели изобрели вечный двигатель? — великодушно улыбнулся Томских.
— Нет, до вечных двигателей, нам как до Парижу ра… медленной поступью, — отшутился я, вовремя поправившись.
Анна Николаевна, опять чуть не подавилась от моей сентенции, а все девочки кроме младшей захихикали в кулачки.
— Имеется несколько придумок, но сначала все внимание будет на учебу, поэтому просто на будущее интересуюсь.
— Где вы хотите остановиться в столице? — спросила супруга стряпчего.
— Сначала, возможно, снимем квартиру небольшую, а там посмотрим, — ответил Никита. А я решил, что уведомлять Томских о намерении купить дом будет преждевременно, я их еще слишком плохо знаю, а вот аферистов и проходимцев было достаточно на моем пути как в прошлой, так уже и в новой жизни.
— Знаете, — загорелись глаза у Анны Николаевны, — у нас сосед в доходном доме, где мы арендуем жилье, планировал съехать, и если Вам его квартира подойдет, то можем сделать протекцию перед хозяйкой дома. А то Марья Семеновна заселяет исключительно по рекомендациям, и так просто в доме квартиру не снять. Там две комнаты, большая кухня, санузел и даже чугунная ванная с модным бойлером на дровах. Такие вообще недавно стали появляться, и очень мало в каких домах имеются. Правда, цена за квартиру немалая, если не ошибаюсь, то 30 или 35 рублей в месяц.
— А ведь и верно! — воодушевленно поддержал ее муж, — это наш добрый знакомый Антон Валентинович, он доктором служил, на дому принимал, и одна комната под кабинет была выделена. Но теперь ему нужно переезжать к своему отцу в Ростов. Здоровье у батюшки зашалило, вот и приходится оставить работу.
— Очень интересно, — сказал Леша и глянул на Кузьмича, — давайте, Егор Кузьмич, посмотрим, а вдруг повезет — это ж сколько хлопот с плеч.
— Непременно, непременно посмотрим, — закивал головой Кузьмич.
Еще немного побеседовали и стали собираться назад в вагон. В конце встречи Томских передал Кузьмичу визитную карточку с домашним адресом, и мы вместе решили, что будем посещать ресторации на остановках дружной компанией. Так вышло, что средние дочки всю дорогу строили нам с братьями глазки, даже несмотря на то, что прекрасно знали наш реальный возраст из разговора. А нам выходит до них дела не было, ну малолетки куда там, это ж дети — подумал я, с улыбкой заходя в наше купе вместе с братьями.
День за днем поезд вез нас по железной дороге, множество станций, городов, путь по чугунке был во много крат легче чем в фургоне по тракту, мы не раз это подмечали, попивая чай перед окном, за которым сменялись зимние пейзажи. В основном вид был однообразным — это лес в разных его проявлениях. Но порой встречались и изумительные снежные поля, небольшие деревеньки словно с рождественской открытки.
И вот пришел тот день, когда наш длинный путь через всю страну с востока на запад подошел к концу. Мы выдержали это испытание, и прошли его с честью, а главное без потерь, даже можно сказать с прибытком, если посчитать добытые в пути трофеи.
