И даже несмотря на то, что прямой агитацией, так называемым хэдхантингом, никто и не думал заниматься, переманивая нужных специалистов с других предприятий, — они сами, видя, слыша и наблюдая за тем, что происходило на заводе Кулагина, стремились туда тонким, но неиссякаемым потоком.
Сосо с Андреем-Феликсом сидели и прорабатывали план действий, для которого, собственно, Дзержинского и привезли из Кайгородского — на его съёмной квартире в том самом доходном доме. Как только появилась информация от Машки, Лёха сразу направился к ним: он поймал пролетку и рванул на Сампсониевский проспект двадцать три.
— Иосиф, Андрей, привет!
— Здравствуй, Лёш. Какими судьбами? — открыл дверь Андрей-Феликс.
— Вот что, беда случилась! Поехали в Шувалово, по дороге все расскажу! — сказал Лёха.
— Что случилось? — добавив нотки грузинского акцента в свой голос, спросил Иосиф.
— Машка прибежала. Какие-то ублюдки выкрали Васю.
— Как выкрали⁈ Как черт возьми это могло случиться! — резко сменив интонацию, вспылил Сосо.
— Сейчас не до паники. Илья и Никита уже пытаются разобраться в ситуации, мы обязательно его найдём, Иосиф. А пока поехали!
Дзержинский с Джугашвили быстро собрались и выбежали с Лёхой из парадной, быстро поймав в пролетку, которая на всех парах помчалась в Шувалово. Мы же с Никитой уже находились в доме сестры и пытались разобраться в деталях: я разговаривал с ней, а брат опрашивал свидетелей, которые потенциально могли видеть приезжавшего. Прошло всего лишь полтора часа с того момента, как Васю увезли из дома Иосифа и Машки. Время утекало, как вода сквозь пальцы, — нужно было срочно предпринимать действия по поиску, ведь с каждым часом найти ребенка будет все сложнее и сложнее.
Я со слов Машки набросал портрет похитителя, его пролетку, к сожалению, она толком не разглядела — и предположительно, на козлах сидел подельник, который ждал нужного момента, чтобы свалить из Шувалово. Сомневаюсь, что похитители для такого дела использовали бы обычный наёмный экипаж.
И тут Никите улыбнулась удача: он встретил соседа, живущего через один дом напротив Машки. Так уж вышло, что Ярцев Иннокентий Львович видел весь процесс — как мальчика посадили на заднее сидение, и как экипаж спокойно проехал мимо него. Но ему даже в голову в тот момент не пришло, что фактически это были похитители ребенка, и что прямо у на его глазах совершается преступление. К счастью, отставной военный обладал отличной памятью, сумел описать пролетку с возничим, который ожидал похитителя на облучке. Сказать, что транспорт чем-то выдающимся отличалась от сотен других, колесящих по улицам столицы Российской империи, нельзя. Вполне обычная пролетка, которую сложно каким-либо образом идентифицировать среди множества таких же.
Но вот с лошадьми нам повезло, сосед оказался заядлым лошадником и сходу примечал, а главное — мог различать одну лошадь от другой по незначительным признакам. Здесь, как он сказал, одна из лошадей немного прихрамывала, и именно у неё на шкуре было два белых яблока — пятна, которые нечасто встречаются у такой породы. Обе лошади были рыжие: у второй присутствовала звёздочка на лбу и белые «носки» на ногах.
— Это уже что-то, — подумал я, анализируя полученную Никитой информацию. Надеюсь, эти признаки помогут определить конкретную пролетку среди множества других на улицах Петербурга.
Мы не стали ждать появления Иосифа и Феликса, а, сев на свою пролетку, отправились на выезд из Шувалово, по дороге достаточно часто останавливаясь и расспрашивая встречных прохожих, видели ли они транспортное средство, которое искали мы.
Конечно же, мы могли отправиться на автомобиле, но, поразмыслив, пришли к выводу, что это не самая хорошая идея. Если похитители знают о нас больше, чем хотелось бы, то автомобиль станет для них сигналом. К тому же, в это время он привлекал к себе множество ненужного нам внимания. Уже на выезде из Шувалова мы встретили двух кумушек, которые беседовали друг с другом недалеко от дороги. Там стояла лавочка, где соседи часто собирались, чтобы обсудить новости и иногда почитать газеты.
Мария Степановна, живущая не так далеко от нас, сразу описала то, что мы искали, и подтвердила: она видела, как пролетка выезжала из Шувалова в сторону Петербурга. Не тратя больше времени, мы с Никитой направились по её следам.
В итоге двигаясь по направлению к столице, по дороге встретили каких-то рабочих, ремонтирующих непонятный сарай на обочине. Я остановился и уточнил у них, и оказалось, один из работяг отчетливо видел, как описанная нами пролетка с примечательными лошадьми пролетела в сторону города, но буквально через пару километров от этого места свернула налево.
Я вспомнил, что там действительно было ответвление, ведущее к Озеркам. Ну что ж, отлично! Нам невероятно повезло. Я подумал, что эти ублюдки совсем не озаботились конспирацией, а ещё больше повезло с тем фактом, что похитители не въехали в город. Ведь найти их в Питере, даже с такими приметами, что у нас есть, было бы чрезвычайно трудно.
