— Почему ты помнишь меня? Почему не стала охотиться, как другие? — выдохнула я, продолжая с недоверием смотреть на подругу. — Прошло ведь больше трех лет…
— Трех? — присвистнула Кристен. — Быстро же у вас время летит.
— Расскажешь, как ты живешь здесь? — я выразительно посмотрела на подругу. Вообще, мне о многом хотелось с ней поговорить, но было катастрофически мало времени.
Кристен села на какую-то ледышку, посмотрела на меня, обдумывая слова.
— Я почти ничем не отличаюсь от остальных. Иначе меня бы давно скинули в бездну… У меня просто сохранилась связь с тем миром, я стала кем-то вроде духа. Это дает определенные плюсы, иногда я могу безболезненно путешествовать по другим мирам…
— Дух? Другие миры? — я аж задохнулась. С каждой минутой все больше вопросов! — А разве это…
— Дух не значит воскрешение мертвых. Не совсем, — качнула головой Кристен. — Оживление мертвых прибивает душу гвоздем к миру живых насильно. А вот решение стать ли тебе призраком или духом ты принимаешь сам. Только обычно это заканчивается тем, что ты живешь в пустоши, как беспокойное существо, и иногда пытаешься провести диверсию, чтобы мертвым их не-жизнь сказкой не казалось. Обычно это случается с людьми, которые невероятно сильно хотят отомстить за свою смерть. Или если в мире живых остались неоконченные дела. Закончив с ними, мы растворяемся в пространстве.
— Понятно, — кивнула я, хотя в голове до сих пор была неразбериха. — Но ты не в пустоши, и ни в бездне. Почему?
— Моя мама — жрица в храме Титании, — объяснила Кристен так, что понятнее мне не стало. — Дочери жриц Титании, если умерли раньше, чем успели пойти по стопам матери, становятся духами Титании. Причем важно, чтобы смерть была несчастным случаем. По пророчеству, когда придет очередной конец света, именно мы, дочери жриц, спасем мир от неминуемого. Пока наши души запечатаны в идолах, мы помним свое прошлое и предназначение. — Кристен с беспокойством посмотрела на меня. — Я вижу, как тебе плохо в этом мире. Это все равно, что бросить беззащитного котенка в океан, а я еще больше тебя гружу. Прости.
— Ничего, — я заметила, как хватаюсь за виски. Голова снова пульсировала. Казалось, что я действительно на дне океана, и информация сильно давила на меня. — Просто у меня столько вопросов… И это сводит с ума.
Кристен понимающе посмотрела на меня.
— Так зачем ты сюда пришла? Я вижу, ты воспользовалась ключом…
— Что? — я резко подняла голову, от чего внутри все зазвенело. Но я не обратила внимание. Показала ей камень. — Вот это ключ?
Кристен внимательно посмотрела на него и кивнула:
— Да, это ключ к миру мертвых. Но не каждый по-настоящему способен воспользоваться им. Нужно иметь много смелости и бесстрашия… и что-то еще.
— Это один из камней, которые… ай, — новая волна боли прошлась по моей голове, — которые мы нашли… ты не знаешь, что они значат?
Кристен задумчиво посмотрела на камень еще раз, затем покачала головой.
— Догадываюсь, но тебе ни к чему сейчас это знать. Ты это и так узнаешь скоро, если выберешься. И лучше тебе поспешить, Айрин. У тебя мало времени…
Она взяла мою руку, но я резко выхватила ее и покачала головой.
— Нет! Я сюда пришла за человеком, я должна спасти его!
Кристен пристально смотрела на меня, не сводя глаз. В них плескалась усталость и мудрость, которую я никогда не видела в глазах подруги. Кто бы мог подумать, что эта девочка связана с Титанией и всеми этими идолами. Возможно, и она не все понимала, пока не пришел ее час.
— За тем, кого любишь, — кивнула она, и я ответила ей коротким кивком. Не было смысла отрицать этого или краснеть от смущения. Ни в этом мире уж точно. Если бы я видела себя со стороны, то заметила, что уже становлюсь бледнее снега. Кто знает, что со мной случится, если я сильнее задержусь? — Тогда встреться с ним и не теряй времени. Из-за черты есть обратная дорога. Среди мертвых ходят лишь слухи, но тебе повезло, — она улыбнулась краешками рта, — я могу сказать, что в этих словах больше правды, чем выдумки.
Она снова взяла меня за руку, и мы оказались перед бездной, но теперь, к счастью, тут не было людей. Кристен показала мне на островок, который парил вдали над бездной.
— Вон там выход. Иди туда со своим человеком.
Я с опаской посмотрела вниз, в бездну. И как добраться до этого острова? Никакого мостка не видно, а летать я не умею.
Кристен прочитала на моем лице недоумение и пояснила:
— Нужна жертва. Один из мертвецов должен доставить вас до острова, но плата будет высока. Упокоенный, упав в бездну, становится духом. Я скорее исключение, чем правило, поэтому упавшего в бездну ждет вечное забытье и скитание во тьме. И никто не знает, что случится с мертвецом, если он решит попасть на этот остров, но явно что-то нехорошее. Поэтому никто и не пытался. Да и зачем? Для мертвого возвращаться в мир живых — сущее безумие.
А для меня сущее безумие оставаться здесь, причем в прямом смысле этого слова. Я чувствую, что рассудок истончается с каждой минутой, прожитой здесь. Значит, чтобы покинуть это место нужна жертва…
