— И я очень рад. Не верю в это, но мы снова обманули смерть.
— Рано радуетесь, — послышался меланхоличный голос. Я повернула голову, и увидела молодую высокую и необычайно стройную девушку с мягкими пепельными волосами. Ее глаза напоминали листья осеннего клена, а кожа была белая, как бумага. Я раскрыла рот, глядя на нее. — Нам еще нужно проехать через ворота, а это то еще испытание, похлеще ваших побегов из тюрьмы.
— Знакомьтесь, это Риваленрия, — сказал Сайрус, оттирая кровь с щеки. Затем указал в сторону молчаливой фигуры, которая проверяла мерина. — А его зовут Авеликус. Он не очень разговорчив.
Авеликус поднял руку в знак приветствия. На его чуть загорелом лице были татуировки в виде линий на щеках и вокруг глаз. Волосы на голове у него были выбриты. Эти двое, Риваленрия и Авеликус были древними, и от них невозможно было оторвать глаз. Оба поражали своей странной красотой, не естественной и притягательной.
— Зовите меня просто, Ривален, — махнула рукой бледная древняя. — Слишком много чести для нас, чтобы вы обращались к нам согласно традициям.
В голосе звучал неприкрытый сарказм. В ее взгляде читалось пренебрежение и сильная обида.
— Они от Хеленикуса, — сообщил Эшер. — Помнишь Алинарию? Она рассказывала мне про него.
Я кивнула. Кажется, да, имя звучало знакомо.
— Получается, шаман древних послал вас из своего племени, чтобы спасти нас? — я вспомнила Алинарию, отдавшую свою кровь за нас, теперь и другие древние приходят нам на помощь. — Но почему?
— Это долгая история…, — задумчиво протянул Эшер.
— Давайте потом поговорим, — Сайрус аккуратно забрался внутрь повозки. — Чем дольше мы здесь, тем сложнее будет уехать.
— Золотые слова, — согласилась Ривален, затем ее глаза скользнули по Алану, стоявшего рядом, и неуверенно разглядывающего землю под ногами. — А это что за гигант?
— Он помог нам убежать, — сказал Сайрус, все еще потирая голову. Я подошла к брату поближе, чтобы посмотреть, не серьезен ли ушиб, но он недовольно отвернулся, прямо как в детстве, когда мама пыталась рассмотреть его ушибленные после падения коленки.
— Замечательно, — глубоко вздохнула Ривален, ее вздох был пропитан сарказмом. — Кого еще возьмем собой? Может, половину города, нет? У нас в лесу как раз не хватает людей.
— Успокойся, Ривален, — подал голос, молчавший до этого, Авеликус. — Пускай едет с нами. Только поедем уже.
Ривален критичным взглядом посмотрела на крупного Алана.
— Тесновато вам будет в телеге.
И ее сомнения можно было понять — телега за ее спиной едва бы вместила, а тем более укрыла трех человек.
— Значит, он будет ехать впереди, будет телохранителем, — придумал Сайрус, затем подозвал Алана. — Подойди, ты, кажется, истекаешь кровью, я тебя подлечу. Как, кстати, тебя зовут?
— Алан, — представился он. Выглядел он слишком уж смущенно для своего огромного роста, и это казалось странным. Я не могла отвести глаз от его черепа. Такой длинный и вытянутый. Прямо мини-копия черепа великана из вестеймградского музея.
— Приятно познакомиться, Алан. Я Эшер, — маг первым протянул ему руку, чтобы поздороваться. Его рука казалась ладонью ребенка по сравнению с рукой Алана.
— Да, и мне… — добавил он, на губах появилось подобие улыбки. Он посмотрел на меня, и я тоже улыбнулась ему в ответ. От чего-то на душе появилась радость, предчувствие, что все будет хорошо.
— Алан. Камень, — хихикнула Ривален, затем тоже протянула свою изящную ручку для рукопожатия. — Ладно, Алан. Будешь телохранителем. Я вижу, что ты уже кого-то телохранял.
Она указала острым подбородком в сторону кровавого пятна на его рубахе, которая больше походила на лохмотья. Сайрус как раз протянул великану один плащ, и Алан с трудом натянул его на свою тюремную робу. Мы с Эшером тоже получили по плащу и залезли в телегу, в которой нам предстояло прятаться.
Вскоре телега неспешно тронулась вперед. Ривален ехала сзади стоя, как паж на стременах. Натянула на глаза очки с огромными лупами и делала вид, что что-то изучает в книжечке, какие бывают у купцов. Авеликус и Алан сидели впереди. Сайрус разминал пальцы, готовясь применять магию в случае необходимости. На его скуле появлялся синяк после столкновения с перчаткой гвардейца, но его это мало заботило.
— Сайрус, — прошептала я, подсаживаясь к нему ближе. Хотя мы и так сидели вплотную среди хлама телеги. — Как же я рада, что ты жив. Расскажешь, что с вами произошло? Как мама? Как Энтони и Мартин?
На глазах моих вдруг выступили слезы. Что же им пришлось пережить из-за меня! И Сайрус так изменился, ему было семнадцать, но, сейчас он казался совсем взрослым.
— Как-как. Чуть не погибли, — спокойно ответил Сайрус. — Сначала ничего не предвещало беды, только папа ходил странный. Мама сказала, что на работе у него какие-то проблемы. А потом пришли древние, и я уж подумал, что нас собираются похитить. Как в тех сказках, что я читал в детстве. По сути, нас и похитили…
