— Прошу соблюдать тишину в зале совета! — она холодно посмотрела на Мортекуса, затем прикрыла глаза и глубоко вздохнула. — Спасибо за твое мнение, Этельган, но я против того, чтобы бездействовать. Пускай все это окажется пустяком, но я буду спать спокойнее, зная, что кто-то действительно пытается сохранить наш мир, то, что являются частью нас.
Все обратили взоры на Бертанед. Голос пятого советника должен был бы стать решающим, хоть последнее слово всегда и за Избранной. Но уже убедившись в том, что из себя представляет Тиарред, не было сомнений, что она повторит то же, что и совет.
Бертанед встала, бросила беспокойный взгляд на Тиарред, которая сидела на троне прямо, и больше напоминала куклу.
— Я воздержусь, — вдруг сказала Бертанед, чем ошеломила некоторых. — Моя сестра Избранная, и только ей принимать это решение. Совет должен помогать в мелких задачах, вроде охоты или устава правил. Но если на кону стоит весь мир, то решение должна принимать только Избранная.
И снова наступило гробовое молчание. Бертанед, по сути, вручила жребий Тиарред, которая просто не могла понять всю серьезность ситуации. Я нахмурилась, но Риливикус видно, как был возмущен. Он с трудом сдерживался, чтобы не высказать все, что думает.
Тиарред поднялась с трона как-то неловко, и, переминаясь с ноги на ногу, говорила, растягивая слова.
— Я… мне надо… принять решение?
— Да, Тиарред, — Бертанед подошла к сестре и положила руки ей на плечи. — Загляни внутрь себя и скажи то, что должно. Мы примем любое твое решение.
Тиарред прикусила губу, ее растерянный взгляд забродил по залу. И когда нам казалось, что она скорее убежит, чем примет хоть какое-то решение, ее крылья резко взметнулись и налились золотом. Глаза тоже наполнил золотой блеск. Раскинув руки, Тиарред закричала, и из ее рта полился золотой свет, похожий на прожектор маяка. Я задрожала, чувствуя силу, исходящую от этой девушки.
— Должно вам слушать меня! — заговорила она, поднимаясь вверх. Крылья громко хлопали по воздуху. Голос принадлежал Тиарред, но стал более могущественным. — Это все правда. Есть одиннадцать сердец, и воля моя — их уничтожение. Отправить велю Хардавальду и Лиобронда, полукровок, живущих на этой горе. Условие одно — сами согласие должны они дать. И коли будет суждено им погибнуть, с достоинством эту участь принять, а коли вернутся домой, то вознаградить. А что касается наших гостей, то им нужно спешить. Время просыпается сквозь сито. Нужно торопиться!
Ее голос эхом прошелся по залу, а языки пламени в очагах поднялись, делая тень за спиной Тиарред больше и могущественнее. Весь наш отряд ахнул в изумлении. Теперь все стало на свои места. Етинед была права, избранной быть — в каком-то роде проклятье, ведь разум твой стремительно разрушается, и плата за это — связь с чем-то божественным. Даже я, во многих вопросах скептик, прониклась к ней почетом. Оглянулась на других, все пребывали в таком же потрясении. Советники восприняли это куда проще нас, возможно это была не первая вспышка просветления, но присмотревшись, я заметила в их глазах доселе хорошо скрываемые любовь и уважение к Тиарред.
Но за это ей пришлось тут же отплатить. После громких слов, гарпия словно уменьшилась в размерах и затряслась от холода.
— Бертанед, — захныкала она, и потянула крылья к сестре. Краснокрылая Бертанед тут же устремилась к ней на встречу и обняла.
— Все хорошо, Тиарред. Ты молодец! — нежно сказала она, поглаживая золотистое оперение крыльев.
— Я так думаю, что на этом наше собрание завершено, — с неохотой отметил Видеред, отворачиваясь от обнимающихся сестер. Его хмурые брови сильно ожесточили его черты лица. — Слово избранной — закон.
— Верно, — тут же вступила Дитта. — И ей нужен отдых.
Бертанед кивнула и повела Тиарред прочь с собрания. В это время белокрылая Дитта ударила крылом по барабану, стоявшего недалеко от нее, и через мгновение в храм вошли двое гарпий.
— Разыщите Хардавальду и Лиобронда, Избранная назвала эти имена.
Гарпии удивленно переглянулись, но поспешили удалиться, чтобы выполнить эту просьбу.
— Кто такие Хардавальда и Лиобронд? — Риливикус явно приободрился, когда понял, что дело сдвинулось с мертвой точки.
Советники посмотрели на него долгим взглядом. Все молчали. Нам от молчания становилось неловко.
— Вы не знаете кто это, верно? — нарушил Авеликус затянувшееся молчание.
— Гора большая, и здесь обитает много гарпий, — объяснила Етинед. — Лично я слышу эти имена впервые.
— Я тоже, — кивнул вечно обеспокоенный Этельган. — Но Избранная знает их, и сегодня их разыщут.
— Это может занять некоторое время, — сказала Дитта, обращаясь к нашему отряду. — Будет лучше, если вы пока пройдетесь по нашему поселению. Все-таки, вы наши гости, и мы хотим оставить у вас хорошее впечатление о нашем доме. Когда нужных сородичей приведут, мы вновь созовем совет пяти.
На этом советники разошлись. Одного из служителей храма обязали провести нам экскурсию и не дать нам скучать. Цвет его перьев уступал красоте крыльев советников, но тоже заставлял задержать взгляд — темные, с бронзовым отливом.
