– Это лишнее. У вас другие обязанности, – раздался непоколебимый голос матери Винри. Она незаметно подошла сбоку со строгим выражением.
Я отпустила сестру.
– При всем уважении, мать Винри, я завершила обучение и уже имею голубую рясу. Я тоже там нужна! – Поток сестер подгонял и меня в путь.
– Да, вы отныне мать и немалого добились, но не следует забывать и о другом… долге, – с нажимом проговорила она.
– Прикажете сидеть здесь и медитировать, пока люди умирают? Наш долг – спасти их!
– Не забывайтесь, мать Далила, – властно произнесла монахиня. – Наш долг – сделать так, чтобы вы не представляли угрозы, а ваш – повиноваться. Научитесь хоть как-то себя сдерживать, и, быть может, нам достанет уверенности вас отпустить.
– А сейчас недостает? Я уже не один месяц помогаю людям!
– Не в полевом госпитале, где слишком много страдающих. Положение отчаянное, вы к такому хаосу не готовы.
– Я держу себя в руках, – не унималась я.
– С такими словами вы себя увечите? – Острая, не тупее моего лезвия, фраза рассекла мой парус, обрекая на дрейф в открытом море. – Так я и думала… Через час вас ждет у себя мать Люсия.
Я подавленно кивнула.
Мать Винри испустила полный нежности и печали вздох. К обозам выбежали последние сестры.
– Даю слово, когда будешь готова, я лично сниму с тебя ярмо. Будешь спасать всех, кого пожелаешь. – Она сжала мне плечо. – Ты достойная, истовая Праведница. Это не подлежит сомнению.
– Когда я буду готова?
– Когда научишься собой владеть, как мать Люсия.
– И когда же это?
– Когда она так скажет.
По пути в библиотеку не встретилось ни одной живой души. Я заняла время чтением о том, как сращивать переломы и унимать горячку.
Тоски это не развеяло. Я вполне понимала мать Винри, но все равно было досадно остаться позади. Живы в ней еще страх и сомнения из-за моей сущности, пусть она и молчит. Старается быть ко мне добрее и терпимее, но как будто лишь из чувства вины. В конце концов, у нее в руках моя жизнь. Она уберегла меня от участи первой из ведьм. Да, я уже в голубой рясе, но чувствую себя не столько матерью, сколько поощренной послушницей.
Как это раздражало. К матери Люсии в заброшенное крыло монастыря я пошла непривычным путем. Она ждала меня в кресле – что удивительно, без наших стражей.
– А куда делись ангелы? – спросила я.
Люсия по-старчески скрипуче усмехнулась.
– Считай, это уступка.
Я затворила за собой. Она явно заметила мое замешательство.
– Мать Винри пошла навстречу. Решила, что довольно с тебя надзора и нечего больше им стоять над душой.
– А так можно? – нахмурилась я, садясь на свое место.
Монахиня пожала плечами.
– Вообще-то нет, но кто ее упрекнет?
– Значит, я готова, – с чувством произнесла я. – Зачем тогда посылать меня к вам?
– А я не сказала, что готова.
Невысказанное повисло в воздухе.
– Значит, по-вашему, не готова?
– И этого не сказала, – подразнивала Люсия. Я нарочно не говорила ни слова. – Поздравляю с новой рясой, – напрасно попыталась монахиня переменить тему.
Она со вздохом налила себе чай.
– Ну ладно, что тебя туда так тянет?
– Я хочу помогать людям.
Престарелая наставница – вот странно – равнодушно отмахнулась.
– И почему же?
Какой нелепый вопрос.
– Потому что это правильно, – не помедлила ответить я.
Она призадумалась.
– Да, пожалуй, – сказала она, будто впервые осознав.
– А вы другого мнения?
– Нет. Но стоило бы начать с себя, не думаешь?
Я инстинктивно одернула рукава рясы.
– Не прячь, не спасет. Я и так все знаю, – лукаво улыбнулась она.
Мы поговорили какое-то время и затронули мою учебу.
– Как успехи?
Я пожала плечами.
– Что сказать? Мне нравится заниматься с матерью Маргарет. Она учит обрабатывать раны.
– История мира – вот важный предмет.
– Почему? – без особого интереса спросила я.
– Минувшее прокладывает дорогу грядущему. Лишь поняв, что нас создало, можно изменить настоящее и будущее.
Этот ответ мало что прояснил.
– Как знание о Циклах поможет мне изменить будущее?
Мать Люсия прищурилась и подалась вперед.
– А расскажи-ка, что о них известно.
Не знаю, что она задумала, но я уважила просьбу. Вскоре мой рассказ дошел до Семян по имени Наин, Викма и Йернун, чьи Циклы нарекли пустующей эпохой.
– Это ложь, – помотала головой мать Люсия, прерывая мой ход мыслей.
– Что ложь?
– Не было пустующей эпохи.
– Как это – не было?
– Все Циклы порождали и будут порождать новую жизнь. Как и те три.
От ее слов мне почему-то было не по себе, но я продолжила, пусть и недоверчиво.
– А какую жизнь?
– О двух расах ничего не известно. Они еще не явили себя. А вот третья…
Вздор, думала я, – и все же отдавала должное тому, как Люсия завладела моим вниманием, до конца выдерживая интригу.
– Демоны.
– Как?! – не поверила я ушам.
Она кивнула.
– Они появились от пятого Семени – Наин.
– И рождены из самого ярого зла, верно?
– Не все демоны такие, какими замыслены.
Я выгнула брови.
– Но мать Эльзия говорит…
И вновь старая монахиня отмахнулась.
– Не всему, что говорят в церкви, стоит верить, дитя. Неудобная правда бросает тень на Владык.
Она ходила по тонкому льду. Я выслушивала ее только из уважения.
