Они подъехали к госпиталю. ОНА пошла в регистратуру и узнала, куда положили Аишу. Все втроем пошли туда. У входа в её палатку встретили медсестру с тарелкой каши.
– Как девочка?
– Не ест, плачет. Родственников потеряла. Всех.
– Знаю. Давайте сюда кашу. Мальчики, подождите меня здесь.
ОНА вошла. Аиша лежала на кровати спиной к ней. ОНА села на стул, поставила тарелку на тумбочку. Тронула её за плече.
– Аиша. Ты должна поесть.
Аиша резко развернулась и со слезами кинулась ЕЙ на шею. ОНА обняла девочку.
– Поешь. Тебе надо.
Аиша села на кровати, съела всю тарелку.
– А сегодня вы летите с Ангелом Смерти?
ОНА хотела сказать «нет», но голос отказал. И глаза у Аиши были такие умоляющие.
– Лечу.
– А куда?
– Не знаю. ОН управляет.
Аиша воткнулась в ЕЁ плече. ОНА обняла её за плечи.
– Аиша. Вспомни, среди твоих соседей был Адин.
– Был. Барик Адин. Наш сосед. Я играла с его детьми.
– А что с ними случилось?
– Они были в той толпе. Когда я побежала, они были еще живы. Потом взрывы и я упала. А когда встала, там, на улице, ни кого не было, только трупы. А потом вы.
– Спасибо, Аиша. Ты ешь, поправляйся. А мне пора. Скоро вылет.
Она подошла к оператору и офицеру.
– Поехали в пресс-центр.
– Как девочка? – спросил дядя Вася.
– Страдает. Всех потеряла. Поехали.
Подъехали к пресс-центру. 8.30. Девочки были на своих местах.
– Лейтенант. Как звали твоего брата?
– Барик. Барик Адин.
– А где он жил?
– На улице…. Где сейчас пост 7.
– В общем. Дядя Вася. Снимаете, как я сяду в Машину, берете лейтенанта, и дуйте к посту №7. Снимете, как боевики прикрываются мирными жителями. Поговорите с заложниками. Жив твой брат. На посту №7, если ни куда не отослали.
ОНА пошла к вертолетной площадке. 8.59. Сегодня ни чего говорить не буду. В руках только камера. Одно необычно – все камеры нацелены на НЕЁ.
ОН сел. Открыл задние створки. ОНА зашла. Створки закрылись. На экране заднего вида было видно, что ни один журналист не шелохнулся. Села. Пристегнулась. Вставила камеру в штатив.
– Как девочка?
– Нормально. Шок. Родственников потеряла. Нелегко ей пришлось.
Они летели вперед.
– Можно вопрос? Как ты связан с драконом?
– Родился в год дракона.
– Ясно. Куда сегодня полетим?
– Мы на острие атаки. Бесчинствуем в тылу «бармалеев». Подкрепления, батареи, штабы. Свободная охота по заявкам разведки.
– А завтра?
– Завтра я домой. Контракт оканчивается сегодня.
– А если не сделаем все, что надо?
– Надо сделать.
– Машина. Сектор 17. Подкрепления. Пехота и пикапы.
– Принял.
Дальше было все то, что было вчера. Атаки колонн, дым, пыль, огонь. ОНА снимала и отправляла. Примерно около 14.30 они вышли в 25 сектор. ВЕРТОЛЕТ завис с стал двигать носом в право и в лево.
– Что случилось?
– Пыль. Идут колонны. Явно не машины. От границы с Саудитами.
На экране появилась более или менее четкая картинка.
– Танки. – выдохнула ОНА.
– Даже не закрасили опознавательные знаки. В войнушку захотели поиграть. Центральная. Танки Саудитов перешли границу. Задержу сколько смогу. Сектор 25-34 направление квадрат 42.
– А что мы сможем сделать?
– Вон там ущелье. Обрушим часть стенки. Потом, это «Абрамсы». У них корма слабая. Старьё.
Они спустились в ущелье, немного пролетели по нему. Очередь НАРов в стенку сделала хороший обвал, перегородивший ущелье. Вынырнули. Ушли направо и зашли одной из групп в тыл. «Абрамсы» шли походной колонной. Очередь из пушек остановила одну группу. Из 4-х танков 3 загорелись.
– Машина. К вам летят самолеты Саудитов.
– Когда подойдут наши машины?
– Взлетают.
– Принимаю бой.
Воздушный бой. Болтанка, перегрузки. Мелькают то небо, то земля. Когда подошли СУхие, на земле горело 6 самолетов Саудитов. Но все переключатели на панели оружия горели красным.
– Крылья. Справитесь пока без меня.
– Машина. Вас поняли. Справимся.
– Я на замену и назад. Выключайте камеру. Ни чего интересного.
ОНА отключила камеру. ВЕРТОЛЕТ летел на максимальной скорости. Подлетели к ангару. Открылась часть крыши и ВЕРТОЛЕТ сел внутрь.
– Быстро. В САМОЛЕТ. – скомандовал ОН.
Схватив камеру, ОНА выбежала за НИМ. Подбежали к самолету.
– В эту кабину.
– ОНА взобралась по лестнице и села в кабину. Справа стоял штатив для камеры. ОНА закрепила камеру на нем. ОН уже садился в другую кабину, оттолкнул лестницу и закрыл остекление. Самолет взлетел вертикально и стремительно пошел вперед. Крыша ангара закрылась за ними.
Подлетев в 25 сектор, ОНА включила камеру. Воздушный бой шел полным ходом. Под «шумок» российские и сирийские штурмовики утюжили танки. Вся местность была покрыта дымами.
– Крылья. Какой счет?
– 25 к 1. В нашу. Но работает ПВО из-за границы.
– Я возьму ПВО на себя.
– Границу пересекать запрещено.
– Зато ракеты можно стянуть.
– Понял. Справишься?
– С этим? Легко.
Они набрали высоту.
– Крылья. 250 метров вокруг меня запретная зона.
– Поняли.
– Погнали.
Они летали наверху. ОНА видела дымовые следы ракет, тянущихся к ним. Но ни одного попадания. Какие-то уходили вбок, другие взрывались на большом расстоянии. Самолет, пытавшийся их атаковать, был контратакован и сбит. Они не особо маневрировали.
– Машина. Они, похоже, расстреляли весь боекомплект ЗРК. Они отступают.
