Можно ли простить другу его страх? Наверно, можно. Но мне почему-то сложно это сделать.
Следуя за Кирой, я думаю о том, как попала в данную ситуацию. Почему связалась с этой бандой? Почему стала частью её истории? Раньше мне доводилось лишь читать в газетах о противоправных действиях некоторых членов стаи, а теперь я второй день подряд добровольно прихожу в самое пекло.
Я слышу гул, и кровь стынет в жилах. Мы совсем близко.
– Я не могу провести тебя вплоть до стаи, – говорит Кира. – Иначе мне придется несладко. Так что будь паинькой, и сама проделай несколько метров, договорились?
– Да, конечно.
– И лучше не совершай глупостей. Шрам не любит, когда люди пытаются повесить лапшу ему на уши.
– Ну, к счастью, мой план заключается не в этом, – тихо говорю я и вижу на перроне столпотворение. Сердце охватывает ужас: какое же новичкам предстоит испытание?
– Все, дальше иди сама, – отрезает Кира и касается моего плеча. – Будь осторожна.
Удивленно вскидываю брови, но когда собираюсь ответить, он разворачивается и уходит. Почему блондинка так добра ко мне? Почему волнуется?
Встряхнув головой, я выпрямляюсь. Спину тут же обдает жаром, но я не обращаю внимания. У меня ноет все тело, болят все конечности, а я иду вперед. Наверно, это смелость. Хотя, может, обыкновенная глупость.
Увидев меня, подростки расступаются. Кто-то из них смеется, кто-то ошарашено молчит. Я бы то же удивилась, скажи мне кто-то сегодня утром, что я вернусь в стаю. Но такова реальность. Люди затихают, опускают бутылки и смотря на меня с явным вопрос: какого черта я здесь делаю.
Наконец, я замечаю Шрама. Он стоит на краю платформы и смотрит на рельсы. Неужели его завораживает картина отвратительных железных полос? Разве это красиво?
Но затем он поворачивается ко мне, не скрывая удивления. Сначала я замечаю на его лице усталость, а потом гнев, ведь я ослушалась и пришла во второй раз.
– Ты страх потеряла? – недовольно интересуется он. – Разве вчера мы не обговорили, что ты больше не вернешься?
– Я прекрасно помню, что мы вчера обговорили, – уверенно отвечаю я и замечаю с правой стороны шесть человек. Они стоят друг за другом. Карина последняя. – Но кое-что изменилось.
– Что же именно?
– Отношение к сестре. Она решила, что можешь противоречить мне. Она ошиблась.
– Хмм…, – Шрам неожиданно улыбается. – Интересно. То есть тебя злит то, что твоя сестра не захотела покидать стаю?
– Да, так и есть.
– Я наверно совсем недалекий, потому что не понимаю: чего ты вмешиваешься? Она взрослая девочка и сама понимает, чего хочет, и что ей нужно. Ты спасла её вчера, но сегодня она вернулась. Какова же вероятность того, что это не повторится снова?
– Она больше не будет являться членом вашей стаи, а значит, вернувшись, подвергнет свою жизнь риску. Огромному риску.
– И почему же она перестанет являться членом нашей стаи?
– Я займу её место, – по перрону проносится гул, Шрам удивленно вскидывает брови, и я слышу, как ко мне подбегает Карина.
– Какого черта? – взрывается она. – Я не собираюсь никуда уходить!
– Замолчи, – металлическим голосом отрезаю я и пронзаю сестру таким взглядом, что она бледнеет. – Стой рядом и не говори ни слова!
– Но какой мне прок, соглашаться с тобой? – лениво спрашивает Шрам. – Не легче сейчас вновь поставить тебя на место, и дело с концом.
– Я прекрасно помню, как вы относитесь к самоотверженности. Моя сестра идиотка, но, тем не менее, я лучше сама подвергну себя опасности, чем позволю ей сделать это.
– Мы отлично относимся к самоотверженности внутри стаи, но не со стороны чужаков.
– Взгляни на ситуацию под другим углом, – я начинаю терять надежду: неужели план не осуществится? – Какая тебе разница, я или Карина подчиняемся твоим приказам? А? Отпусти её, а дальше уже дело за мной. Если понадобится, я прикреплю её наручниками к батарее, но зато оставлю в живых.
– Ты так уверена, что твоя сестра умрет? Многие выживают после инициации.
– Многие? Я так не думаю.
Шрам задумчиво смотрит на меня: неужели решил рассмотреть моё предложение? Затем он сжимает губы, скрещивает перед собой руки и неожиданно говорит:
– Ладно. Я согласен.
– Что? – Карина краснеет и срывается с места. – Но я хочу быть в стае! Я, не она!
– Твоя сестра явно дала всем понять, что ей неважно твое мнение.
– Потому что мне важна твоя жизнь! – я смотрю на Карину и недовольно хмурюсь. – Ты идиотка, если не понимаешь, во что ввязалась!
– Но это мой выбор!
– Пожалуйста, – я смотрю на Киру, но не произношу её имени. – Уведи её.
Блондинка кивает.
– Я никуда не уйду, – верещит сестра. – Не тебе решать, что мне делать, а что нет.
– Ты ошибаешься. Именно мне решать!
– Но это несправедливо. Я хочу быть в стае! Я хочу быть её частью!
В этот момент Кира берет её за локоть и грубо тащит за собой.
– Нет. Отпусти меня! Лия, прошу тебя! – она пытается вырваться, но тщетно. – Лия!
Я отворачиваюсь и крепко стискиваю зубы. Не верится, что желание Карины быть среди этих животных перевешивает желание жить.
– Итак, – наблюдая за тем, как Кира уводит сестру, протягивает Шрам. – Выходит, ты будешь проходить инициацию вместо неё.
– Выходит, что так.
