– Должен признать, Маккрае, это была чертовски забавная вывеска, – сказал он. – Я смеялся много раз, вспоминая ее, а смех – редкое удовольствие. У меня там в седельных сумах две хорошие книги. Одна мистера Мильтона, а вторая Вергилия. Возьмите их себе. Вергилий поможет вам улучшить вашу латынь.
– Должен признаться, она у меня слегка заржавела, – согласился Август. – Я потружусь, большое спасибо.
– Говоря откровенно, я и сам не смог ее прочитать, – признался Уилбергер. – Когда-то мог, но потом забыл. Мне просто нравилось смотреть на страницы. Напоминают мне они о Гудзоне, школьных годах и все такое. Иногда я даже разбирал отдельные слова.
Он закашлялся, выплевывая кровь, и Калл с Гасом решили, что наступил конец, но ошиблись. Уилбергер все дышал, правда, слабо. Калл направился к Пи Аю и Ньюту и велел им начать копать могилу. Ему хотелось пуститься в погоню за конокрадами, как только достаточно рассветет, чтобы разобрать следы. Не находя себе места, он подошел к Дитцу.
К удивлению Августа, Уилбергер снова поднял голову. Он услышал, как копают землю.
– Деловой у вас друг, верно? – спросил он.
– Деловой, – согласился Август. – Еще он любит преследовать конокрадов. Получается, что мы все время возвращаем вам ваших лошадей, Уилбергер. Куда их девать на этот раз?
– О, черт, да продайте, – дрожащим голосом произнес Уилбергер. – Покончил я наконец с этим коровьим бизнесом. Пошлите деньги брату, Джону Уилбергеру, Нью-Йорк, Бродвей, дом 50.
Он снова закашлялся.
– Оставьте себе палатку, – добавил он. – Как дела у робкой молодой леди?
– Получше, – ответил Август.
– Жаль, что мы не встретились раньше, Маккрае, – промолвил Уилбергер. – Мне нравится с вами разговаривать. Надеюсь, вы похороните Чика и мальчика. Лучше бы я его не нанимал.
– Мы о них позаботимся, – пообещал Август.
Прошел час, но Уилбергер все дышал. Август отошел на минутку, чтобы оправиться, а когда вернулся, то увидел, что Уилбергер скатился с одеяла и умер. Калл сидел у реки, курил и ждал. Он поднял голову, увидев приближающегося Августа.
– Он умер, – сообщил тот.
– Ладно, – бросил Калл.
– Он сказал, что ехал с работником и мальчиком, – добавил Август.
– Тогда поехали, – предложил Калл. – Нам не придется искать следы, найдем их по стервятникам.
Августа огорчало, что у него ничего нет, чем бы отметить могилу Уилбергера, кругом голо и пусто. Он и подошел как раз тогда, когда Пи Ай и Дитц засыпали могилу землей.
– Если у него есть семья, им никогда не найти это го места, – проговорил он.
– Ну, тут уж ничем не поможешь, – заметил Калл.
– Я знаю. – Дитц сел на лошадь и ускакал. Через несколько минут он вернулся с черепом бизона. – Я еще раньше заметил там кости, – объяснил он.
– Все лучше, чем ничего, – согласился Август, положив череп на могилу. Разумеется, это было ненамного лучше, чем ничего, потому что наверняка пробегающий мимо койот стащит и череп, и самого Уилбергера.
Дитц нашел ружье Уилбергера и предложил его Га су.
– Отдай его Ньюту, – велел Август. – У меня есть ружье.
Ньют взял его. Ему всегда хотелось иметь ружье, но в данный момент он большой радости не испытал. Так ужасно, что люди все время умирают. У него болела голова, тошнило, хотелось плакать, он не знал, чего больше. Он испытывал такое напряжение, что даже пожалел, что не остался у фургона, что его выбрали для этой поездки, хотя всего несколько часов назад его распирало от гордости.
Ехавший рядом Август обратил внимание на потерянный вид парня.
– Плохо себя чувствуешь? – спросил он.
Ньют не знал, что и ответить. Он вообще удивился, что мистер Гас его заметил.
– Уж слишком часто тебе приходится быть членом похоронной команды, – сказал Август. – Старина Уилбергер отличался чувством юмора. Он бы расхохотался, узнав, что у него вместо памятника череп бизона. Он, верно, единственный из учившихся в Йеле, у кого такой памятник.
Но умер он совсем невесело, подумал Ньют.
– Все идет своим чередом, – продолжил Август. – И вообще, мы ведь с тобой едем в основном по костям. Ты только вспомни про бизонов, погибших на этих равнинах. Бизонов и других животных. И индейцев, живших здесь с незапамятных времен. Их кости там глубоко в земле. Мне рассказывали, что здесь нельзя выкопать яму в шесть футов, чтобы не наткнуться на черепа или берцовые кости, и все такое. Люди здесь жили с давних времен, и их кости лежат кругом в земле. Только подумай, все земля полна костями. Но это ведь наши друзья-животные, чего от них шарахаться.
Мысль показалась Ньюту удивительной: под ним, под этой шелковистой травой – миллионы костей. Ньюту даже стало немного легче. Он всю ночь ехал рядом с мистером Гасом, думая об этих костях.
