– Ты что, решил, что можешь иметь обеих? – возмутилась она. – Мой муж еще жив. А тебя я шестнадцать лет не видела. Растила детей и лошадей все эти годы. Трое сыновей умерли, да и порядочно лошадей. На этом для меня с романтикой было покончено, если ты ее имеешь в виду. Я люблю читать про это в журналах, но все осталось позади, когда я уехала из Остина.
– И не жалеешь? – поинтересовался Август.
– Ну, как сказать, – ответила Клара. – И да, и нет. Я слишком сильная для обычного человека и чересчур ревнивая, если уж мои чувства затронуты. Я удивилась, что ты рискнул привезти ко мне в дом женщину.
– А я-то думал, что она тебе понравилась, – заметил он.
– Она мне понравилась. Но мне не понравилось, что ты ее привез. Разве ты еще не понял? Она моложе и красивее меня.
– Все произошло случайно, я ведь уже говорил, – попытался оправдаться Август.
– Что-то не припомню я у тебя таких случайностей с уродинами, – съязвила Клара. – Мне все равно, как это произошло. Ты всегда жил в моих мечтах, Гас. Я думала о тебе каждый день часа по два-три.
– Тогда мне жаль, что ты не написала.
– Я не хотела, чтобы ты приезжал. Мне необходимы были эти мечты. Я знала, что ты гуляка и поганец, но мне приятно было думать, что ты меня любил.
– Я и в самом деле тебя люблю, Клара, – заверил он. – Я порядком привязался к Лори, но это совсем другое чувство.
– Ну так она тебя любит, – заявила Клара. – Если ты достанешься мне, она пропадет. Ты это знаешь?
– Да, я это знаю, – согласился Август, а сам думал, что нет на свете другой такой женщины, как та, что с гневом смотрит ему в лицо.
– Ты ее погубишь, если я скажу «останься»? – спросила Клара.
– Думаю, да, – ответил Август.
– Это не ответ.
– Да, ты знаешь, я это сделаю, – настаивал он. – Я придушу Боба и брошу Лори на растерзание.
Клара вздохнула, вместе со вздохом освобождаясь от гнева.
– Уж эти мне слова, – заметила она. – Боб умрет, когда сможет, а я постараюсь сделать, что смогу, для твоей невесты. Вот только ее красота выводит меня из себя. Я привыкла всегда быть самой молоденькой и хорошенькой, а теперь это не так.
– Ты все еще здорово хорошенькая, да и это совсем не главное, – заметил он.
– Для таких, как ты, это девяносто девять процентов, – возразила она. – У тебя не было времени ко мне приглядеться. Я уже далеко не самая хорошенькая. Самая хорошенькая сидит внизу.
– Все равно мне хотелось бы тебя поцеловать. Она улыбнулась. Гас счел улыбку за поощрение, но когда он склонился к ней, результат оказался настолько безжизненным, что через секунду Клара отвернула голову и рассмеялась.
– Ты проделал слишком длинный путь для такого неуклюжего ухаживания, – проговорила она, но настроение у нее улучшилось. Гас выглядел довольно присмиревшим – один из тех редких случаев неудачи, которые ей приходилось наблюдать.
– Ты сто очков вперед дашь любой женщине в умении расхолодить мужика, – произнес он слегка огорченно. Несмотря на все осложнения, он чувствовал, что к нему возвращается его старая любовь к ней. Чувства так переполняли его лишь при одном взгляде на Клару, что его слегка трясло. Удивительно, что такое могло происходить, потому что и в самом деле она была довольно костлява и щеки излишне ввалились, да и характер оставлял желать лучшего. И все равно все внутри у него дрожало.
– Думаешь, я грубая, Гас? – спросила она с улыбкой.
– Меня никогда не поражала молния, но полагаю, что от этого не жарче, чем быть сраженным тобой, – сказал он.
– Все еще хочешь на мне жениться?
– Не знаю, – признался он.
Клара засмеялась, взяла его за руку и повела вниз.
– Как насчет молодого шерифа? – спросил он, задерживая ее. Ему не хотелось, чтобы их уединение было нарушено.
– Какого шерифа?
– Ну, Джули Джонсона. Создается впечатление, что ты его усыновила.
– Мне больше нужен малыш, но, полагаю, будет справедливо пригреть и папашу, – сообщила она.
– Пригреть и что с ним делать?
– А какая тебе разница? Ты же помолвлен. Если ты можешь разъезжать по всей стране с хорошенькой женщиной, то и мне причитается мужчина. Уж и забыла, какой ты ревнивый. Ты и к Джейку ревновал, а я ведь с ним лишь слегка флиртовала.
– Чтобы он поговорил, так ведь?
– Теперь уж никто из нас не услышит, как он говорит, – вздохнула Клара. – И я больше не выйду за муж.
– С чего это ты так уверена?
– Я недостаточно уважаю мужчин, – пояснила она. – Мне честных встретилось – кот наплакал, и ты не из их числа.
– Я честен наполовину, – возразил Август.
– Совершенно верно, – согласилась она и повела его вниз.
Войдя в кухню, Клара сразу же удивила его, предложив Лорене остаться у них, пока стадо движется к Монтане.
– Мы вам будем рады, да и помощь ваша пригодится, – проговорила она. – Монтана не место для леди.
