— У-то-нул, — по слогам произнес Тан. — Мы пошли купаться, и меня затянуло под воду, в омут. Так сказали Видящие моим родителям, но на самом деле меня просто украли и отвезли в Обитель, где насильно сделали медиумом. А я хотел домой… Вскоре выяснилось, что мой дар отличается от остальных. Я оказался сильнее, чем многие ровесники. Одна из наставниц заметила это и начала меня учить. Медиумов не учат магии — считается, что мужчина не в состоянии овладеть колдовскими силами. Моррир, король-маг, был единственным исключением из правила… Но я учился. Магия воды давалась мне легче любой другой. Взамен я, подросток, должен был ублажать в постели женщину, которая годилась мне в матери. С тех пор я надолго возненавидел женщин, особенно одну…
— А как ты оказался… здесь? Тебя отпустили?
— Ха! — скривился эльф. — Отпустят они талантливого медиума, щаз-з-з! Я убежал! Прикончил свою наставницу и был таков… Сделал из воды яд за секунду до того, как она ее выпила… Долго скрывался, жил в лесу, как зверь… На меня ведь объявили охоту за убийство Видящей!.. Вернуться к родителям я не мог. Там меня почти наверняка ждала засада. Да и они были убеждены, что я умер… В общем, поскитавшись немного по Архипелагу, я отправился во внешний мир. И брожу по нему уже почти триста лет.
Потрясенный, Каспар некоторое время молчал.
— И ты ни разу не пытался вернуться домой? — прошептал он.
— Почему нет? Пытался! Пять лет назад до меня дошли слухи, что на Радужный Архипелаг напали темноволосые. Я тогда уже был фьордером. Отпросился у ярла и ушел защищать свою родину, потому что остаюсь эльфом, несмотря ни на что!.. Наш Бирюзовый Остров собирал войска, готовясь отразить нападение. Я пошел рядовым…
— И?
— И случайно на маневрах столкнулся нос к носу со своим братом, — скривился Таннелор. — Мне показалось, что Талинар меня узнал. У него стало такое лицо… В ту же ночь я дезертировал из войска и второй раз сбежал с Архипелага.
— Почему?
— Я же мертвец! А мертвые не должны мешать живым!.. Слушай, сбегай еще за живой водой, а?
— По-моему, — замирая от собственной смелости, произнес Каспар, — тебе не стоит больше пить!
— Цыц! — внезапно окрысился эльф. — Много воли взял! Я — Наследник Наместника, все равно что принц крови, а ты…
— А я костер на берегу видел, — брякнул Каспар просто для того, чтобы отвлечь эльфа от своей скромной персоны.
Если он рассчитывал, что после этого о нем забудут, то его расчеты вполне оправдались.
— Что, правда? — подобрался одноглазый и махнул рукой кормщику: — Эй, Кнут! Тут задохлик костер на берегу видел!
Задохликом его несколько раз называли с легкой руки того же эльфа, и сейчас все поняли, о ком идет речь. Кормщик с кряхтением встал, толкнул сидевших поблизости фьордеров, заставляя подняться и их. И шагнул в кусты, кивком головы приказывая Каспару идти впереди.
Магри привел людей на то место, где набирал воду, но, к его разочарованию, костра на берегу уже не было.
— Но я видел! Вон там! — Он указал рукой.
Вопреки ожиданию его не подняли на смех и не разгневались за то, что заставил усталых людей бродить по зарослям. Разве что бородач Хельг не выдержал и отвесил ему короткую плюху, но кормщик Кнут лишь задумчиво промолвил, приставив руку к глазам:
— Если шнека, деваться им среди ночи некуда. Будем сторожить по очереди до рассвета!
— А первым заступлю я! — Тан воспользовался моментом и успел наполнить флягу, снова превратив воду в горячительный напиток. — И задохлик пойдет со мной!
К еще большему удивлению Каспара — раб не должен стоять в дозоре! — это заявление было встречено взрывом смеха.
— Ну наконец-то, определился! — воскликнул кто-то. — Долго ты раскачивался!
— Только смотрите, голубки, не забудьте, для чего вы уединились! — со смехом добавил кормщик, потрепав эльфа по плечу.
— А давайте я с вами постою, — предложил бородач Хельг. — А то вы наверняка так увлечетесь, что про все на свете забудете!
— Не беспокойся на этот счет! — усмехнулся в ответ Тан, успевший прихватить с собой лук и короткий меч с широким лезвием. — Я одним глазом увижу больше, чем ты двумя!
— Тем более чего там этого задохлика рассматривать? — фыркнул третий фьордер. — Разве что внутри он больше, чем снаружи?
Остальные загоготали еще громче и, перебрасываясь пошлыми шуточками, вертящимися вокруг определенных частей тела, женского и мужского, направились к костру. Задержался только кормщик Кнут, кивнув Тану:
— За час до рассвета поднимешь Хельга и Скола. И смотри… того… не увлекайся!
— Было бы чем, — фыркнул эльф и, когда кормщик отвернулся, основательно приложился к фляжке. По его лицу было видно, что его ужасно радует перспектива провести большую часть ночи в непосредственной близости от источника живой воды. — А ты чего стоишь столбом? — обратился он к Каспару. — Ложись отдыхай! Кто бы там ни был, ночью он с места не снимется, так что несколько часов у нас есть.
— А ты? — Магри сел на землю.
— А я еще посижу, — безмятежно откликнулся Тан. — Тут хо-рошо-о… На-ка вот, укройся. Ночи еще холодные!
