— Меч на Ледяных Островах — символ свободного человека, не более того. Он не является неотъемлемой принадлежностью представителей воинского сословия. Впрочем, я не могу распоряжаться Каспаром — он действительно не раб. И если он добровольно согласится… за умеренную плату…
Он обернулся на магри, и тот понял, что отмалчиваться больше нельзя.
— Нет, — громко произнес он, выступая вперед и отпуская руку эльфа.
— Что?
— Я отказываюсь. Конечно, я мог бы согласиться, но, как сказал Кнут, мой соотечественник был убийцей. Я — врач, мое дело — спасать жизни, а не прерывать их… Конечно, я долгое время жил среди воинов, мне приходилось сражаться и даже убивать, но только в целях самозащиты. Я не тот, кто вам нужен… Правда, вы можете возразить, что я тоже магри, представитель презренной расы, которая пятьсот лет назад едва не утопила мир в крови. Меня не было на свете в те годы. Даже мой дед тогда еще не родился. И тем более не мог принимать участия в боевых действиях. Победители практически стерли мой народ с лица земли, сохранив жизнь только маленьким детям, потому что боялись силы магри, считали их опасными существами… Да, среди нас были и такие, как мой соплеменник, которого отчаяние и безумие толкнули на этот поступок и которого я вынужден был убить…(«А ведь я действительно его убил — убил раба, которым был несколько дней назад!») Но не все магри одинаковы. Среди нас есть и такие, кто так же, как вы, любит и ценит жизнь во всех ее проявлениях, кто просто хочет нормально жить, любить и растить детей. Я врач. Мне случалось принимать роды. Я видел, как на свет появляется новая жизнь, и я не могу допустить, чтобы она прерывалась по моей вине!..
После его речи в зале некоторое время стояла полная тишина. Только шуршали ресницы оцепеневших людей и эльфов.
— Хорошо сказано, — деревянным голосом промолвил высокий лорд. — Это речь настоящего мужчины. Когда сюда приплывут альпы, я повторю твои слова, Каспар. Вы можете быть свободны. Аудиенция окончена!
Каспар сделал шаг назад, спеша укрыться за спинами фьордеров, но Кнут стоял как вкопанный.
— Есть еще дело, высокий лорд, — произнес он. — Мы захватали одного из кабанов. Обычай требует, чтобы все захваченные в плен кабаны представали перед судом.
Связанного пленника вытолкнули вперед и заставили опуститься на колени у самых ступеней.
— Он с того самого дракка? — догадался лорд Галаор.
— Да.
— Как случилось, что он попал в плен?
— Он был ранен, и наш врач, — последовал быстрый взгляд в сторону Каспара, — спас ему жизнь. Теперь, по правилам, он имеет право принимать участие в суде над этим человеком.
Острый взгляд градоправителя выловил магри из-за спин фьордеров.
— Как ты предполагаешь поступить? — Глаза знатного эльфа буравили его лицо. — По закону пленник должен быть либо казнен, либо продан в рабство… Что выберешь ты?
«Отмолчаться снова не удастся», — с огорчением понял Каспар.
— Высокий лорд, — снова заговорил он, тщательно подбирая слова. — Я врач, а этот человек — в недавнем прошлом мой пациент. Если бы я хотел его смерти, я бы просто не стал его лечить… Но, повторяю, любая жизнь имеет для меня ценность. Я не смог не вылечить его. И сейчас не имею права обречь его на смерть… Но и рабство тоже не выход, ибо этим я все равно обрекаю его на муки, пусть не телесные, но душевные. Я не имею права допустить, чтобы кто-то страдал. Долг врача велит мне облегчать страдания, и я… Я хочу, чтобы его просто изгнали!
— Я согласен! — быстро выкрикнул пленник.
Высокий лорд какое-то время молчал, теребя двумя пальцами подбородок.
— Что ж, такое наказание практикуется в нашем мире, — промолвил он наконец. — Вечное изгнание без права когда-либо вернуться на родину.
Склонившись к одному из советников, он прошептал что-то на своем языке. И эльф вышел через боковую дверь.
— Приговор будет приведен в исполнение немедленно, — продолжал лорд. — И, надеюсь, ты, как врач, проконтролируешь его исполнение?
Каспар кивнул, стараясь казаться спокойным.
Советник внес на подушке небольшой жезл, выточенный из какого-то синего камня. Можно было подумать, что это сапфир, если допустить, что бывают сапфиры таких огромных размеров.
— Это Жезл Правосудия, — негромко произнес лорд Галаор, вставая и принимая его из рук советника. — Здесь и сейчас ты, врач-магри, этим Жезлом имеешь право поставить клеймо изгнанника на лице этого человека. После чего, — это уже относилось к пленнику, — тебе дается трое суток, чтобы навсегда покинуть северные земли. Если по истечении этого срока ты останешься в пределах Жемчужного Острова или сопредельных земель, клеймо сработает и сожжет твой мозг. Все эти три дня оно будет видно каждому, чтобы все понимали, что перед ними изгнанник. На третьи сутки оно пропадет — для постороннего взгляда… Ну?
— Я согласен, — повторил пленник. — Мир велик. Жить можно везде.
