– Пойду. Во-первых, очень интригует, знаешь ли. А какой бес от секретов бегает? Возможно, он хочет убедиться, что я никому не разболтал его тайн. Припугнуть лишний раз. Вряд ли ради того, чтобы убить меня, он будет нарушать договор с арбитрами. А все остальное можно пережить…
Говоря это, он, кажется, и сам не был до конца уверен, что предприятие полностью безопасно.
– Один пойдешь?
В ответ на мой вопрос бес тоскливо посмотрел куда-то в зал. Проследив за направлением, я разглядела сидевшую около барной стойки Киру, она увлеченно разговаривала с кем-то из персонала.
И если бес за последний месяц стал выглядеть хуже, то она, кажется, наоборот, расцвела. Прибавила уверенности в себе, улыбалась почти все время. Я знала, что у них с Виктором так пока ничего и не сложилось. Но всем домашним он недвусмысленно намекнул, что Кира «на особом счету» и за любую попытку флиртовать, приставать или, не дай бог, нагрубить или навредить ей можно и на тот свет отправиться.
А охрана за спиной даже называла чертовку «девочкой беса».
– Вот как же так, – упавшим голосом неожиданно признался он, неотрывно следя за «своей девочкой». – Это же был такой гениальный план. Виталик влюбляется в Киру, Кира влюбляется в Виталика. Они оба счастливы у меня под крылышком. А я сам же все испортил. Как с этим смириться?
– При всем уважении к твоим хитрым схемам, любовь не всегда поддается просчету. – Я развела руками.
Если бы взгляды могли убивать, то я, наверное, упала бы замертво. Виктор зыркнул, словно было смертельным оскорблением сказать, что и в его планах могут быть осечки.
Усмехнувшись, наклонилась чуть ниже, улыбнувшись своей самой коварной улыбкой:
– Но если ты хочешь, то только скажи, я тебе сварю приворотное. Напоим их обоих, любовь до гроба будет. Сделаем из них птичек-неразлучников. И добавлю в зелье пучок лисьего меха, чтобы страсть была огненной. Чтоб не отлипали друг от друга, целовались у всех на глазах.
Часто-часто закивала, как будто бы мне самой уже не терпелось реализовать эту идею.
Бес от удивления моргнул, побледнел, представив эту картину. И она, судя по тому, как заходили желваки, ему не понравилась.
– Только попробуй, – пригрозил он, как будто я действительно могла такое сделать. – Найду Виталику кого-нибудь другого. И вообще, у Киры младшая сестра подрастает. – Виктор на мгновение запнулся, облизнул губы, пробуя мысль на вкус, его глаза довольно сверкнули. – Хм… а это идея.
Я покачала головой. Все-таки не зря говорят «горбатого могила исправит», горб беса хоть и был не настоящим, но поговорка подходила на все сто процентов.
Он тем временем глянул в зал и махнул рукой, подзывая к себе Киру. Меньше чем через минуту рядом с нами стояла раскрасневшаяся чертовка.
– Звали, босс? – обезоруживающе улыбнулась она, косясь в мою сторону.
Ревности у Киры ко мне поубавилось, но я ей по-прежнему не слишком нравилась. Как не нравились ей вообще любые женщины, оказавшиеся в поле зрения Виктора.
– Завтра домой не едешь, вечером идем в цирк. Будь готова к пяти, – бросил он, даже не глядя в ее сторону.
– В цирк? Вдвоем? – оторопело переспросила девушка, от волнения начав теребить локон волос.
– Вдвоем, – подтвердил бес, но тут же хмуро добавил строгим тоном: – Не надо себе фантазировать лишнего. Это не свидание. Есть реальный риск угодить в результате похода в вечное рабство к древнему. Потерять пару конечностей или сойти с ума.
– С ума сойти… – прошептала девушка, отчаянно сдерживая улыбку. Кажется, после слова «вдвоем» остальную речь она пропустила мимо ушей. – Да, конечно. Буду готова завтра к пяти.
– Ну вот что за чертовка… – прошептал Виктор, скрипнув зубами, но затем резко изменился в лице и повернулся ко мне, уже ухмыляясь. – Так, значит, свидание с Платоном?
Он плотоядно облизнулся.
«Только что слюной не подавился», – мысленно сморщилась я. Бесы, конечно, не были энергетическими или эмоциональными вампирами в полном смысле этих слов, как некоторые другие виды нечисти, способные «высосать» жертву насухо, до смерти (впрочем, то, что я не слышала о таких случаях, не значит, что их нет). Но все равно видеть, как на упоминание дорогого мне орка (или уже не орка?) облизываются, как на деликатес, было неприятно.
– С чего ты решил?
– Сколько ты на меня работаешь? Уже больше месяца или даже двух? И ни одного выходного за это время. Вечер с родителями, вечер с Адронами. А в остальное время готова ночевать у горелок, лишь бы не было времени рефлексировать о случившемся. А тут просишь сразу несколько дней и испытываешь при этом радостное предвкушение, смешанное с легким страхом. – Он повел носом из стороны в сторону, словно пытаясь уловить какой-то запах. – Ты очень боишься, но не хочешь признавать это, скрываешь. Что-то на сердце. Какой-то секрет.
Виктор склонил голову набок и улыбнулся.
Я сдавленно сглотнула. Бес умел разбередить душу, поднять на поверхность все самое потаенное, скрытое. Я действительно очень желала и боялась одновременно. Платон сказал брату, что я «его невеста». Можно ли назвать это моим секретом? Ну разве что с натяжкой.
