Нику вдруг негромко прыснул, но практически тут же подобрался, изображая серьезность.
– Ты засмеялся! – ткнула пальцем в него Альбина.
– Нет, я не смеялся.
– Нет, ты смеялся.
Альбеску указал в помрачневшего Виктора.
– Хорошо, допустим, я засмеялся, – тут же поменял он свое мнение, – но не из-за истории. Она, как всегда, посредственна. Но! Посмотри-ка на его морду. Он же едва сдерживается. Сидит весь серый, оправдывает свое прозвище. Чисто моль. Что, бесенок, до сих пор проблемы не разгребли после поступка твоего дружка?
Тот кивнул и раздосадованно махнул рукой.
– Арбитр оказался коррумпирован, он нам много крови попортил. Мы, конечно, доказали свою невиновность. Но, сами понимаете, пришлось тесно сотрудничать с теневой юстицией.
– Ах, – драматически сложил ладони у рта Нику. – Это ж такой удар по репутации! Такой удар! Вас, поди, называли крысами? А все из-за какого-то человека! Знаешь, что тебе помогло бы? – Древний вампир склонился к Виктору чуть ближе, как будто хотел сообщить ему что-то на ушко: – Если бы я забрал того, кто тебе все испортил. Можешь приезжать его навещать. Выпишу тебе постоянный билет в цирк.
Хоть Виталик и понимал, что Виктор друзьями не разменивается, но даже ему в эту секунду показалось, что на лице беса промелькнуло сомнение. Конечно же, это было не так, но Виталик, который и так долгое время мучился угрызениями совести из-за своей ошибки, напрягся и вновь пожалел, что поднял именно эту тему.
Не стоило ворошить едва зажившие раны.
Впрочем, Нику-то оживился. История ему понравилась – как бы он ни отнекивался. Он даже забыл об опустевшем графине с кровью и эмоционально пытался убедить беса «сдать Виталика на вторсырье».
– Он даже папаше своему не нужен, – хихикал вампир. – А тебе на кой сдался? Балласт, вот он кто. Представь, как ему понравится работать подо мной. Я ему: «Виталик, к ноге!» – а он бежи-и-ит.
Кстати. Отец после своего спасения попытался наладить с ним отношения, но Виталик слишком был зол на него. Ведь он даже не предупредил, что похитивший его тип был действительно арбитром, и не рассказал, как он вообще туда попал. Благополучно слинял, едва представился шанс. И, наверное, это стало последней каплей. Виталик клятвенно пообещал себе больше никогда ему не помогать, а если еще раз кто-нибудь захочет шантажировать – первоначально обсудить все с Виктором.
Альбина шутливо ткнула разгоряченного брата локтем под ребро.
– Так нечестно, – напомнила она. – Не вздумай уговаривать Виктора отдать Виталю. Он же не цирковая собачка.
– А мог бы ей стать, – причмокнул Нику.
– Хватит переводить тему. Ты смеялся. Смеялся после истории. У тебя даже настроение поднялось! Все. Засчитано. Ты проиграл, братишка.
Альбеску закатил глаза и выдал с пафосом:
– Ой, все. Хочешь, покажу, что такое – действительно смешная сказка?
– Вот и покажи.
– Так-так. О чем бы рассказать. – Он постучал себя указательным пальцем по подбородку. – О-о-о. Не знаю, помнишь ли ты свою нянечку. Нет, не помнишь, конечно. Тебе же годик был. Такая пожилая женщина, всегда с высокой прической, в отглаженной белоснежной блузке. Вроде как бывшая учительница.
Он описывал эту нянечку так подробно, едва сдерживая хихиканье, и Виталик заранее понимал, что ничего хорошего ждать не приходится. В общем-то, так и случилось. Потому что затем Нику выдал:
– Да, хорошая была женщина, мне она даже чем-то понравилась. Только вот имелся у нее один недостаток. Она очень плохо выполняла свои обязанности. – Вампир любовно погладил младшую сестру по волосам. – Как-то из-за ее халатности ты упала из кроватки. Я услышал твой плач. Захожу, а она тебя укачивает. Якобы не переживайте, все хорошо, Альбина не поранилась, даже синяка не останется. Прикинь, мне такое заявить? Как вообще совести хватило?! Говорит, отвернулась буквально на секундочку, а ты и перевалилась через бортики.
Ну, тогда я подхожу к ней, беру тебя на руки и вкрадчиво так спрашиваю: «Вроде бы твоя единственная задача – смотреть за моей сестрой, так?»
А эта горе-нянька как начнет дрожать, еле губами ворочает, но отвечает: «Так».
«Повтори. Какая твоя единственная задача?»
«С-смотреть за вашей с-сестрой», – говорит она, заикаясь.
Тогда я и вырвал ее глаза. Потому что зачем они ей нужны, если с этой самой задачей она не справилась? Кстати, не соврала. Синяка не осталось. Иначе бы я ей еще и голову оторвал. За ненадобностью.
Нику открыто заржал, не стесняясь своих безумных эмоций. Виктор хмыкнул – скорее неодобрительно, но понимающе. Мол, ожидал чего-то такого. Альбина попыталась что-то сказать, но Альбеску махнул обеими руками, точно дирижер, перебивая ее:
– Стой-стой! Я еще кое-что вспомнил! Мальчики же по две истории рассказывали. Вот! У меня тоже есть вторая! Даже смешнее первой! Можно?
Он обратился к Виталику и Виктору, и те одновременно кивнули. Ну-ну, откажешь ты древнему вампиру в «смешной истории». Потом будешь украшать какой-нибудь кол и трепетно развеваться на ветру.
– Еще крови? – учтиво поинтересовался Виктор.
