Завгородняя Анна
Одиссея Джоанны Кинг
Книга 1
Аннотация
ПРОЛОГ.
Машина катила по дороге. Крупные дождевые капли били в стекла, стекая ручейками вниз, а я проводила пальчиком по внутренней стороне стекла, вдоль дорожек, оставленных этими слезами неба, как называла их моя мама. Мне было двенадцать.
Мама с отцом сидели рядом со мной. Я — между ними, спиной к лобовому стеклу, упершись коленями в сидение. Я всегда сидела именно так, чтобы наблюдать за огоньками фар догонявших и обгонявших нас автомобилей. На переднем месте, рядом с нашим водителем, грузным джентльменом по имени Хью, расположился папин телохранитель. Молчаливый мужчина, звавшийся Джеральдом, вел какую-то беседу с моими родителями, но я не прислушивалась к их разговору, а думала только о дожде и о том, что завтра, если на улице установиться солнечная погода, папа и мама поведут меня в Зоопарк, куда обещали сводить еще на прошлой неделе и вот, кажется, мне должно было повезти, потому что, как говорила моя мама, после дождя всегда бывает солнце.
Автомобиль мчался по трассе. Мимо в боковые окна мелькали фонари и отражатели, установленные вдоль дороги. До города от отцовской резиденции было довольно долго добираться, но слава Богу вне города пробок на дороге не было.
— Джоан, давай-ка, сядь нормально, — сказала мне мама.
— Ну, мама, — заскулила я, не желая отрываться от созерцания темного шоссе, проплывающего за окном в обрамлении желтых и красных огоньков машин. Отвела руку, чертившую на стекле дорожку, повторяя ее за стекающей дождевой каплей.
— Никаких но, — твердо произнесла мать и когда я села рядом, свесив вниз ноги, она пристегнула меня и, улыбнувшись, сказала:
— Вот так лучше.
— Ой, да что может случиться, — фыркнула я недовольно.
— Так положено, — сказала мне мама в ответ.
Это были ее последние слова.
Через несколько секунд я увидела яркий свет, ударивший в лобовое стекло. Затем последовал странный звук, словно что-то разорвалось рядом. Хью ударил по тормозам, и машина завертелась как юла. Я увидела, как мама вылетела через переднее стекло следом за последовавшим ударом об какую-то преграду впереди. Меня мотнуло вперед, но ремни безопасности удержали меня на месте, больно впившись в тело. Весь воздух словно выдавило из легких.
За страшным ударом последовали какие-то хлопки. На меня посыпалось стекло. Я почувствовала, как по щеке потекло что-то горячее. Кровь. Но чья? Моя, или кого-то из находящихся рядом? Боли я не чувствовала. Отец схватил меня и обнял своими большими руками, словно ограждая от всего мира, а потом его внезапно рвануло в сторону. Он нелепо дернулся и обмяк, придавив меня своим телом. Мне стало трудно дышать. Я стала дергаться, пытаясь освободиться от отца, навалившегося сверху. Мне казалось, он уснул или потерял сознание, а мне было нечем дышать.
— Папа! — я толкнула его в плечо. Отец сполз с меня. Его голова задралась вверх, словно он хотел на меня посмотреть напоследок. Он молчал, глядя на меня странно широко распахнутыми глазами. Я огляделась. Хью лежал лицом на руле. Одна его рука была вывернута под неестественным углом. Из раны на лбу стекала струйка крови. Джеральд наполовину торчал из разбитого лобового стекла, раскинувшись на капоте.
Когда загорелась машина, я уже вопила во всю мощь своих детских легких, задыхаясь от собственного крика и от осознания, происходящего. Едкий дым заполнял легкие, а я все кричала и кричала не в силах остановиться, потому что уже поняла, что произошло и что с моим папой.
— Там ребенок, — вдруг услышала я чей-то голос. Какой-то мужчина появился около дверцы и стал пытаться открыть ее. Лица человека я не видела, а когда он выломал дверцу, я уже едва могла открыть глаза.
— Жива! — крикнул кто-то.
Я не знаю, что это было, шок или отравление дымом… Что в тот день застило мне глаза.
Я не видела человека, спасшего меня, того, кто вынес меня из автомобиля, который взорвался спустя две-три минуты, как меня уложили на влажную траву. Я помнила только его руки. Сильные и теплые, так похожие на отцовские. А дождь лил мне в лицо. Какой-то крупный мужчина склонился надо мной. Черты его лица расплывались…
— Уходим, уходим, — услышала я громкий крик и, приподняв голову, увидела темные силуэты людей, убегающих во тьму… Больше я не помнила ничего.
