— Тут и подбирать ничего не надо! — ответил кот. — Это стихи Иосифа Бродского на столетие Анны Ахматовой.
— Хорошие строки, — похвалил я кота, — мастерство растет! Особенно если учесть, что произноситься они будут не только в музее Анны Андреевны Ахматовой, но и во дворце графа Бориса Петровича Шереметева.
— А при чем тут граф Шереметев? — спросил кот.
— При том, — ответил я всезнающему коту, — что три слова в стихотворении Иосифа Бродского «
— Все понял! — отрапортовал кот по-солдатски, — заполнили еще один пробел в моем кошачьем образовании.
Вот так подготовившись и заполнив еще один пробел в образовании и кота, и автора, мы с котом Миссисипи пошли на презентацию книги в Музей Анны Ахматовой.
Презентации книги в различных городах были сюрпризами не только для зрителей, но иногда и для магического кота Миссисипи и автора книги.
Так было в Риме, когда на презентации книги в зале оказался «Вергилий Бродского-2», рассказавший, как он водил поэта по местам Вечного города, где еще не ступала нога туриста. Так произошло и в родном городе поэта, в «Полутора комнатах» Бродского, где могут разместиться немного людей, всего «полтора зрителя», но зато каких.
В Музее-квартире Иосифа Бродского в Санкт-Петербурге, когда автор показывал фото Анны Ахматовой в Таормине, женщина, сидевшая справа в первом ряду, произнесла (ох уж мне эти первые ряды с «ясновидящими женщинами», которые все видят и все знают!): «А я была знакома с Анной Андреевной».
Ведущий презентации, как и в Иерусалиме, повернулся к женщине и вопросительно посмотрел на нее.
— Да, мы познакомились в 1946 году, в очень тяжелое для Анны Андреевны время. Тогда вышло мрачное постановление Оргбюро ЦК ВКПб о журналах «Ленинград» и «Звезда», где творчество Ахматовой и Зощенко подвергалось партийной критике со стороны Жданова, и оба были исключены из Союза писателей.
— Коту совершенно наплевать, существует ли отдел пропаганды в ЦК КПСС, — процитировал Бродского магический кот Миссисипи.
— Коту, может, и наплевать, но Анну Андреевну тогда могли не только исключить из Союза писателей, но и посадить или сослать куда надо, — заметила женщина.
— Да, — философски промурлыкал кот, — время было крутое!
— И с Иосифом Бродским я тоже была знакома, — тихо добавила женщина.
Услышав имя Бродского, магический кот Миссисипи сильно оживился.
— Как вас зовут, — вкрадчиво поинтересовался кот, умеющий разговаривать с людьми на разных языках.
— Меня зовут Инна, Инна Рахлина, — ответила женщина.
— Инна, расскажите о знакомстве с Бродским подробнее, — попросил кот, достал откуда-то блокнот, из-за уха карандаш и приготовился записывать.
