Посмеялись... А вот, прилипло же, прости Господи! Но все лучше, чем "Блюдо с музыкой", хотя этот "Стол" в одиночку уже три приза словил. Мы вот, на крейсере, двоих только сподобились. "Нахимов" так вообще одного. Правда, судя по продолжению, этот один может и всех наших стоит. Родионовские, конечно, недовольны, но пускай себе на поживу еще ловят. Кстати, должны были на бункеровку еще вчера притопать... Такое у нас бывает. Сутки - двое, еще ничего не значит. Вот когда "Океана" с Егорьевым хватились, дней десять ожидаючи, попсиховали все. Я уж почти решился телеграф запускать. Кто-ж знал, что он угля с трофея своего первого черпанул, и благодаря этому еще двоих стреножил. Американец-то, тот, что с керосином, газолином и маслом машинным, больше восьми узлов не полз.
Правда третьего его приза - немца - мы потом отпустили, после получения им соответствующей накачки от Сайпанского "островоначальника", естественно... Но это указание - пойманных немцев на разбор к губернатору и его решение - как я понял, часть нашего уговора с Берлином. Они нам не мешают в Бахии за Сайпаном стоять, а мы их соотечественников-контрабандистов не топим, а к ним на "разбор" ведем. Какой "разбор" ясно же - двоих поймали и обоих же по просьбе губернатора отпустили.
А вообще-то, Всеволод Федорович, для наших дел вспомогательные крейсера очень хороши оказались. Из всего того улова, что за Сайпаном под присмотром "Храброго" и миноносцев отстаивается, больше половины на счету этой четверки гнедых. Как и из тех пароходов, что уже у вас во Владике - пять Егорьевских "скакунов" добыча.
- Петр Алексеевич, кстати, насколько я помню, Свенторжецкий ведь с Егорьевым уходил...
- Да. И Евгений Романович, о нем высочайшего мнения. По его представлению произведен в капитаны 2-го ранга. Я его к себе забрал, потому как полно штабной и шифровальной работы. Организация охраны стоянок, оприходывание и отправка во Владивосток трофеев. Допросы разные, изучение документов. Переписка с сайпанским губернатором. У него ведь английский и немецкий свободно и японский для разговорного сносно вполне. Мы тут уже совсем из сил выбивались... Спасибо Егорьеву, не пожадничал...
Неудачники у нас пока "Николай" с "Донским". Крупнее джонок им пока, увы, ничего не попадалось. Смирнов не унывает. Уголь принял и собрался завтра опять на север с "Алмазом" на пару. Но я ни Чагина, ни его не пустил пока, так как Степан Осипович идет. Да и снаряды пусть догрузит. А вот Добротворский, тот тихо бесится: и у Мальты, и у Джибути, и почти под Сингапуром ловил, а тут... Ну, не фартит ему пока, и все тут...
Но "адмиралов" я, конечно, в крейсерство не пустил. И дальность маловата, да и если про береговую оборону японцев я правильно все понял... Короче, они у меня с "Храбрым" учатся стрелять по берегу. Чтоб как таблицу умножения, чтоб "от зубов отскакивало". Понятно, мне их командиры чуть обструкцию не устроили. Призовых то охота - тем более, что "Наварину" с "Николаем" я, таки, разрешил... Взял грех на душу...
- А бунта не опасаетесь?
- Какого, на ББОшках? - удивленно вскинул глаза Безобразов.
- Да нет, Бог с Вами! Как у вас пленные-то сидят? Ну, интернированные, понятно, на "Висле" и в лагере, там вопросов нет. А японцы на этом вашем "желтом" пароходе?
- Под прицелом пары минных аппаратов да "храбровских" или ББОшных пушек особо не побунтуешь. Да и вообще... Дисциплинированный они народ, скажу я Вам! Сами старших выбрали, не бузят, едой, питьем и мылом мы их обеспечиваем. Как узнали, что мы их убивать и кушать не собираемся, и считаем не пленными даже, а интернированными, а как уйдем отсюда всех отпустим, вообще успокоились. По вечерам песни поют. Мы им даже газеты и чтиво оставляем, так что проблемы, которой я опасался, пока не возникло. Чистоплотные, моются в бочках с горячей водой, пароход сами драют... Короче, я даже думаю, за образцовое поведение им его оставить. Когда уйдем отсюда, пусть до дому сами добираются. Как считаете?
- Ну, а почему нет? Думаю, что и Степан Осипович возражать не будет. Они же все не комбатанты. Пароход, как мне сказали, спуска 82-го года, особо не ценность великая. Да и благодаря вашей плодотворной деятельности, у нас сейчас этого гуталина...
- Какого гуталина?
- А... Присказка одна, дурацкая привязалась. Что добра этого, пароходного, во Владике теперь полно.
- Стараемся... В общем, жизнь у нас здесь интересная и разнообразная, как вы уже поняли, Всеволод Федорович. Особенно поначалу душевно было, когда мы тут как волки в непуганом стаде резвились, дурея от жадности. Жаль нейтралы без контрабанды, которых хочешь - не хочешь, но приходилось отпускать, растрезвонили, и Клондайк наш начал понемногу оскудевать. За четверо суток до вашего прихода ни одного приза. Хотя, как я полагаю, собственно стоянки наши никем пока не вскрыты. И, что хорошо, все "отпущенники" сталкивались пока лишь с нашими вспомогательными крейсерами.
