Конечно, она была права. Через полтора года ее товары улсе продавались в лучших магазинах страны. И когда мы с Кэрол ездили в Россию, мы видели их в Санкт-Петербурге. Она также занимается побочным бизнесом в Интернете. Она вложила часть своей прибыли в бизнес отца и, таким образом, спасла его от угрожающего ему банкротства. Они с Риккардо поженились, и я уже думал, что потерял с ней контакт. Но однажды утром она позвонила мне, и я сразу почувствовал эйфорию в ее голосе:
— Я должна сказать вам, доктор Вайс, что все это произошло благодаря вам. Вчера мы с Рикардо ужинали у моих родителей. Мы теперь часто бываем у них. Им нравится Риккардо. Как бы то ни было, когда мы уходим от них, мой отец всякий раз обнимает меня.
Любовь — это абсолютное качество и энергия. Она не прекращается с нашей смертью. Она продолжается по ту сторону и снова возвращается сюда. Она квинтэссенция качества, как души, так и тела. Она — жизнь земная и потусторонняя. Она — наша цель, и все мы в этой или в будущих жизнях, достигнем ее.
Во всех своих книгах я пытался передать поразительное воздействие сеансов регрессии — то, как эти «чудесные» видения воздействуют не только на психику, но и на весь организм, — а также ощущение мистерии выхода за пределы обыденности, испытываемое как моими пациентами, так и мной самим. Но еще чудеснее нам кажутся наши путешествия в будущее, где мы видим не то, что уже произошло с нами, но то, что произойдет, — то, что с нами будет. Такие путешествия продолжают внушать мне трепет и заставляют проявлять осторожность. Я всегда опасаюсь того, что сферы, содержащие в себе основание принятия того или иного решения, в которые я веду своих пациентов, могут оказаться всего лишь иллюзией или плодом воображения.
Одно из возражений против концептуализации будущего — это проекция подсознательных желаний пациента в сценарии будущего. Для психоаналитика такие сценарии крайне важны, поскольку, что бы ни создавал в своей глубине ум, это все равно послужит зерном для терапевтической мельницы. В этом смысле воспоминания о будущем подобны сновидениям. Там зачастую присутствует смесь символов и метафор, тайных надежд и желаний, настоящих воспоминаний и предвидений. Иначе говоря, из того, что пациент видит будущее, не стоит делать вывод, что это будущее «реально». Тем не менее, непосредственность и сила таких воспоминаний может мгновенно улучшить для пациента его сценарий настоящего и будущего. Для терапевта эти изменения гораздо важнее, чем сама возможность подтвердить этот материал.
Как бы то ни было, многие видения недалекого будущего оказываются правдой, в чем вы могли убедиться, рассмотрев несколько примеров, приведенных в этой книге. Если мы научимся безошибочно отличать правду от фантазии, а также то, что, возможно, произойдет не в этом поколении, а в следующем, то, каждый, кто пытается всматриваться в будущее, независимо от того, в терапевтических целях он будет использовать этот материал или в каких-либо других, сможет улучшить это будущее, улучшая себя. И мы быстрее достигнем нашего драгоценного бессмертия, пройдя через зеленеющие поля и солнечное небо к Единому Истоку.
Я убежден, что мы можем видеть будущее, потому что некая часть нас отвечает тому факту, что прошлое, настоящее и будущее едины и присутствуют во времени, где нет часов, дней, месяцев и лет, которыми мы измеряем его на Земле, а все происходит одновременно. Можно буквально утверждать, что будущее — сейчас, и даже на этой планете мы можем своими действиями формировать наше «сейчас». Именно поэтому так важно готовиться не только к остатку нашей жизни, но и ко всем жизням грядущим — к бессмертию.
Будущее — это не конкретное место назначения: оно гибко. В этом широком статистическом спектре существует множество возможных и вероятных будущих. Как мы убедились, наши индивидуальные ближайшие будущие в этой жизни, а также в жизнях, которые последуют за ней, в значительной степени зависят от сделанного нами выбора и совершенных действий в настоящем. Наше долгосрочное будущее — коллективное будущее, будущее нашей планеты (которая могла бы существовать вечно, если бы мы ее не разрушали, хотя, разрушая ее, мы все равно движемся к Единому) зависит от общих решений всех людей. Каковы будут эти решения, мы можем увидеть, всматриваясь в будущее на тысячу лет вперед. Чем ближе мы подходим к некоему конкретному будущему, тем точнее мы можем его предсказать. Важно смотреть на тысячу лет вперед и дальше, потому что сегодня Земля становится опасным местом и, если мы, прозрев это, вложим в наши решения достаточно мудрости, то сможем прямо сейчас начать изменять направление такого будущего.