– Я могу надеть их на вас, если хотите, – сказал Ремко.
Ос снова хмыкнул и закрыл глаза.
– Да брось, мне уже ничем не поможешь. Помру, ясно как день.
– Но если вы принимаете лекарства… – начал Ремко.
– Ангел! – прервал его Ос. – Это Ангел наказывает меня. Роттер говорит, бога нет, но я ещё помню…
Ремко молчал целую минуту, затем покачал головой и ответил:
– Никто не заслуживает такого наказания.
Ос отрывисто, лающе рассмеялся.
– Я… да что ты знаешь об этом! Я заслуживаю. Я предал их всех, понимаешь?
– Кого?
– Всех! – он едва заметно повернул голову в сторону Ремко.
Ремко знал, что Ос прочтёт в его светлых серо-зелёных глазах сострадание, которое тот видеть не хотел, но всё же не отвёл взгляд. Ос скривился в болезненной усмешке.
– Ты знаешь, что такое стихия? – спросил он.
– Ну конечно… – несколько растерялся Ремко.
– Да ты понятия не имеешь, – жёстко оборвал Ос. – Это была часть меня… Мои мысли, мои желания, мои сны. Мои поступки. Моя магия…
Ремко подумал, что Ос бредит, и хотел предложить ему воды или чая, но Ос продолжал говорить:
– Это как… твои руки или ноги, глаза… Они просто есть, всегда. Стихия так – же, она часть тебя… И стихии должно быть достаточно для счастья. Но я… я продал её… Идиот.
Ремко молчал.
– И тогда, знаешь… всё пошло прахом. Стихии нас больше не слушались, потому что я предал, я продал, и я смотрел им в глаза и лгал в лицо… Никто из них не догадался, представляешь? Ни королева, ни другие… Такие наивные! И они проиграли вой ну. А на кой чёрт я это сделал? Не от страха ведь и не из-за денег.
– Тогда почему?
– Хотелось доказать, – хрипло отозвался Ос, – что со мной нужно считаться.
Ремко пытался осмыслить услышанное, но всё равно ничего не понимал. Речь Оса вышла сумбурной, а Ремко плохо разбирался в истории страны, которой больше не существовало. Неужели её не существовало, потому что кто-то предал… стихию? Что это вообще значит?
– Так вы были знакомы с королевой? – глухо спросил Ремко.
– Хах… – усмехнулся Ос. – Я даже украл её книгу, знаешь, этот… Атлас.
Неожиданно черты его лица исказились, словно от резкой боли. Ремко хотел позвать Дарину, но Ос схватил его за руку.
– Сделай кое-что для меня, – прошептал он. – Знаю, что я сволочь, но если… если есть что-то, что может хоть немного искупить вину, то это Атлас.
– Что за Атлас? – растерялся Ремко.
– Книга…
Ос долго молчал, прежде чем продолжить. Беседа его вымотала.
– Я разодрал её пополам – одну часть хотел уничтожить сам, а другую отдал… как его?.. Госсу… в алилутской тюрьме. Я хотел вырвать каждую страницу, но… но это было словно убийство. Атлас… он смотрел на меня, осуждал меня… И я не смог. Я спрятал его в библиотеке. Здесь, в городе. Просто достань его…
– И что потом?
– Просто достань… его! Найди его.
Ос закрыл глаза и, кажется, заснул. Ремко высвободил руку и устало потёр виски. Да, это был странный человек и странная история. Для чего нужен был Атлас? Что стало со второй половиной книги?
«Обязательно продолжим разговор позже, – решил Ремко. – Когда лекарства наконец подействуют, ему должно стать лучше».
Индувилон в самом деле оказался большим городом – Кассандра и Призрак целую вечность пробирались сквозь лабиринт улиц, проспектов и переулков. Некоторые заканчивались тупиками, но Призрак вовремя сворачивала в неприметные арки и узкие подземные переходы. Она объяснила, что прежде это был город гильдий и мастера строили свои районы так, чтобы ремесленники других профессий не имели к ним прямого доступа.
– А теперь? – спросила Кассандра.
Призрак ответила, что Индувилон – по-прежнему порт и центр торговли, но что касается гильдий…
– Кому они нужны, если теперь есть заводы и всё можно сделать быстро, дёшево и под копирку. – Она сказала это, не моргнув глазом и сохранив на лице свое привычное безразличное выражение, но Кассандре почему-то показалось, что девушка в ярости.
