Кассандра заставляла себя идти вперёд, даже когда солнце начало клониться к закату, хотя ноги были как каменные. Она сделала уже несколько коротких привалов и съела все бутерброды; колбаса оказалась божественной – или это она просто так проголодалась. Впрочем, Томю следовало верить. Бутылку пришлось наполнять несколько раз: Кассандра взмокла от жары и много пила. Теперь, когда солнце садилось, она заметила, что по левую руку, на другой стороне реки, словно из ниоткуда появились холмы – они становились тем выше, чем дальше она шла.
У Кассандры были весьма смутные представления о географии Соединённой Федерации. В школе они учили только самые простые вещи: Западный край, Северный и Южный, Земля Роттербурга, автономные округа Манола и Росс. В Маноле вроде бы находилось представительство земной Организации Объединённых Наций, хотя никакой особой роли оно не играло. Кассандра уже и не помнила, когда в последний раз видела в газете упоминание ООН. Не выслал ли Роттер их обратно на Поверхность?..
Река Вирена, вдоль которой Кассандра прошагала весь день, отделяла Западный и Северный края от остальных земель, а пустынная полоса – песчаные, неплодородные территории Манолы – знаменовала начало Земли Роттербурга. Однако Кассандра надеялась, что ей не придётся идти так далеко, ведь Ангора должна находиться гораздо ближе, ещё до пустыни. Правда, это она знала только со слов Рофи и Томя: на современных картах Соединённой Федерации Ангора не была обозначена, как, впрочем, и обе столицы Флориендейла. Города по-прежнему существовали, сказали мальчики, их не стёрли с лица земли и уж точно не отравили химическим оружием, как утверждало правительство. Однако их отрезали от остального мира – словно сам дух бывшего королевства мог быть опасен!
Призрак рассчитывала, что дорога до Ангоры займёт два дня, и всё-таки в глубине души Кассандра надеялась: вдруг уже к вечеру на горизонте появятся башенки Ангоры? Однако чуда не произошло. Нужно было идти дальше и искать ночлег. Днём Кассандра изредка замечала небольшие поселения или станции; однажды даже видела, как мимо прошёл поезд. Сейчас же, как назло, ничего. Наконец Кассандра разглядела вдалеке одиноко стоящий домик и направилась к нему. Окна не светились.
Солнце неожиданно быстро утонуло в предгорьях на западе, и наступила ночь. Кассандра добралась до здания – ветхой, покосившейся, по всем признакам давно заброшенной хижины. Наверное, раньше здесь жил железнодорожный смотритель, или крестьянин, или рыбак. Почему дом бросили? На это могла быть сотня причин, от революции до удалённости от больших дорог. А может быть, здесь уже начинается зона отчуждения?.. Кассандра не знала.
Домик был маленький, и всё же его комнаты показались ей огромными в сравнении с их жилищем в Цветочном округе. Мебели почти не было, только старые сломанные стулья и софа да ещё печь в углу. Печь растопить было нечем, так что Кассандра только застегнула свою чудом пережившую приключения в Индувилоне куртку, прилегла на софу и тут же провалилась в неглубокий, но спокойный сон без всяких сновидений.
Под утро пошёл дождь. Кассандра несколько раз просыпалась от стука капель по металлической крыше и засыпала снова.
Наконец пришлось подняться – крыша протекала, что было, в общем, неудивительно, и капало, как нарочно, прямо на софу. Кассандра продрогла и в очередной раз пожалела, что не свернула вчера с дороги раньше и не остановилась в какой-нибудь деревне. С непривычки нестерпимо ныли ноги: Кассандра никогда ещё не проделывала такой длинный путь за один день. Она осторожно расшнуровала и сняла обувь – нет, к счастью, обошлось без мозолей. Призрак достала для неё хорошие, хоть и не новые, носки и удобные ботинки.
Есть было нечего. Кассандра собрала россыпь крошек, завалявшихся в карманах от вчерашних бутербродов, и вышла из дома. Дождь почти перестал, рассвело, светло-бирюзовое небо на севере обещало хорошую погоду. Повеселев, Кассандра продолжила путь: вышла к неспокойной реке и направилась вверх по течению, стремительно несущему на юг ветки, листья и мелкий мусор.
К полудню есть хотелось невероятно. Дорога пошла в гору, и река осталась внизу, под откосом. Когда Кассандра последний раз наполняла бутылку водой, пришлось спускаться вниз по склону, а потом карабкаться наверх. Это было неудобно, она затратила много сил и решила больше так не делать – уж лучше экономить воду. Голод был более насущной проблемой. Кассандра пыталась отвлечься, думала о Мари, о родителях, о подругах; гадала, что стало с их цветами в оранжерее, ухаживают ли за ними. Мысленно благодарила Призрака и мальчиков, с раздражением вспоминала о Роттере. Какое-то время это работало, но чем дальше, тем больше мысли о еде затмевали собой всё остальное. Кассандра в отчаянии смотрела на бурную реку слева и голое поле справа – там росли одни сорняки. Поколебавшись, она всё-таки нарвала себе скудный салат: трава, конечно, не давала насыщения, но было приятно жевать хоть что-то. Дорога тянулась бесконечной лентой…
