Конечно, нельзя было оказаться в Индувилоне и не увидеть те самые знаменитые на всю Федерацию заводы. Призрак и Кассандра как раз остановились на краю просторной площади, окружённой уродливыми прямоугольными новостройками; в Алилуте Кассандра таких никогда не видела, что уж говорить про их посёлок. Несмотря на ранний час – когда они вышли из «Синей Птицы», не было ещё и пяти, – на площади уже вовсю кипела жизнь. Здесь был разбит овощной рынок, и Призрак объяснила, что к девяти часам все палатки должны исчезнуть. Если не успеют, их просто ликвидируют: в Индувилоне запрещено вести торговлю с рук с девяти утра до девяти вечера. Призрак хотела показать Кассандре ещё какой-нибудь рынок, например цветочный, но Кассандра отказалась, опасаясь встретить знакомых. Пока Призрак размышляла, в какой проулок им лучше свернуть, Кассандра разглядывала рынок, и тут, подняв голову, она и увидела заводы. Фабричные трубы были огромны, и Кассандра поразилась, что не заметила их раньше. Выкрашенные ярко-голубой краской, они должны были сливаться с небом, но небо над Индувилоном было вовсе не голубое, а грязно-серое. Трубы дымили безостановочно, и этот дым, от молочно-белого до почти чёрного, смешивался и грязными клочьями облаков висел над городом.
– С ума сойти, – прошептала Кассандра, невольно зажимая нос рукой.
Призрак ухмыльнулась.
– А ты не очень-то внимательна, если только сейчас заметила, какой тут поганый воздух.
– Слишком много впечатлений, – пробормотала Кассандра, стараясь глубоко не вдыхать.
– И впечатления так себе, да? – Призрак похлопала её по плечу, указывая дорогу. Они свернули в узкую улочку, прямую как стрела. Им навстречу спешили люди с сумками, пакетами и корзинами. – Я надеюсь, тебе повезёт и однажды ты попадёшь в настоящий старый город Флориендейла.
– Ну, я была в Алилуте, – заметила Кассандра.
Призрак запнулась о камень и остановилась. Она взглянула на Кассандру и вдруг широко и радостно ей улыбнулась, впервые за два дня знакомства.
– Что такое?.. – растерялась Кассандра.
– Ничего, – Призрак отвела глаза и стёрла с лица улыбку. – Ты видела лучший город. Лучший!
Они добрались до старой городской стены, и Призрак остановилась, положив одну руку на древние камни с изображениями зубастых рыб и русалок. Другой она хмуро сжимала пистолет: под конец пути они всё-таки нарвались на одну банду, но удалось договориться. Похоже, Призрак действительно имела в городе особенную репутацию. Это никогда не давало гарантий, но всё же беззащитной перед лицом Индувилона, этого монстра, она не была. В отличие от Кассандры.
– Они наверняка будут ждать, когда я пойду обратно, – сказала Призрак. – Но не дождутся. Не сегодня.
Сощурившись, Призрак стояла в проёме стены, там, где раньше, наверное, были городские ворота, и смотрела на реку, призывно мерцающую в лучах майского солнца. Казалось, ей тоже хочется сделать шаг и навсегда покинуть Индувилон – грязный и злой город, где они с Томем и Рофи были заперты в своём подвале, словно крысы.
– У нас никогда не получится… – прошептала она еле слышно, но Кассандра разобрала каждое слово.
Хотелось как-то ободрить Призрака, но что она могла сказать? И так сама растеряла всю семью: Мари пропала, мама больна, от отца она даже не стала дожидаться ответа – настолько привыкла уже, что его нет рядом. У Призрака хотя бы есть Рофи и Томь, оба в целости и сохранности. Так что Кассандра сделала вид, что не услышала, и принялась проверять свои вещи. Томь приготовил для неё пару бутербродов из мягкого хлеба с тоненько нарезанной серой ветчиной. Он сказал не переживать – ветчина вкусная, хоть и выглядит как спрессованная газетная бумага. Призрак вручила Кассандре полную бутылку и предположила, что выше по течению речная вода должна быть пригодна для питья. В районе Индувилона пить из реки не стоило – проще сразу отравиться.
И вот они стояли друг против друга – большая девочка и маленькая, а может быть, обе были маленькими и только хотели казаться большими. Призрак не стала затягивать прощание, лишь повторила ещё раз, что ливьеры, по слухам, скрываются в Ангорских лесах – это два дня пути – и что Кассандре ни в коем случае нельзя отклоняться вправо и далеко отходить от реки. Наоборот, при первой же возможности ей стоит перебраться на другой берег. Кассандра кивнула, но не удержалась и всё-таки спросила, как Призрак на основании слухов может быть столь уверена, что ливьеры именно у Ангоры.
– Слухи – очень мощная штука, – пояснила Призрак. – Шестое чувство и слухи – вот всё, чему можно верить.
