Он был одет более чем странно. Штаны с заплатами на коленях, линялая ковбойка, капроновая шляпа с изломанными полями. В руках - зачехленные удочки и ржавая банка с червями.
- У тебя вид переодетого сыщика, - сдержанно сообщил Володя.
После истории с «Девушкой в турецкой шали» бывшие одноклассники при встречах кивали друг другу, но не заговаривали.
Однако сегодня Фомин держался как ни в чем не бывало.
- Неужели похож? - спросил Фомин нарочито невинным голосом. - Это батины штаны и дедова шляпа. По семейным поверьям, приносят рыбацкую удачу. У меня сегодня отгул. Иду на заветное дедово местечко. А ты какими судьбами? Строишь планы реставрации монастыря?
- Размышляю. - Володя еще не решил, как держаться с Фомой.
- Над чем, если не секрет?
- Над судьбой русского раскола! - Володя смягчился.
Ему сейчас был очень кстати такой слушатель, как Фома. Типичный средний экскурсант, имеющий неглубокие, но более или менее систематизированные знания по истории.
- Понимаешь ли, - продолжал Володя, воодушевляясь, - раскол чрезвычайно разнороден…
- Извини! - бесцеремонно перебил Фомин. - Что-то я сегодня не настроен слушать лекцию. Да и клёв боюсь пропустить. Расскажешь как-нибудь в другой раз… - И добавил озабоченно: - Мне еще надо забежать к одному старику, передать привет от моего деда…
Фомин повернулся к Володе спиной и пошагал. Как всегда, самоуверенный, непробиваемый Фома. Что ему весь многосложный русский раскол? Как говорит Лабрюйер, невежество - состояние привольное и не требующее от человека никакого труда, поэтому невежды исчисляются тысячами.
Но куда это направляется Фома? К зданию келий?
- Постой! - вскричал Володя, молниеносно забыв свою обиду.
Фомин оглянулся:
- После, после!… В другой раз!
Но все-таки остановился, подождал Володю.
- Фома! Удобно будет, если я пойду с тобой?
- Зачем тебе? - Фомин устремил на Володю профессиональный проницательный взгляд.
- Мне очень нужно побывать в кельях, посмотреть, как жили монахи.
- Да там от прежних времен ничего не осталось. Ты что, забыл? Обыкновенные коммунальные квартиры. Мы же с тобой когда-то тут все излазили.
- Но были тогда ленивы и нелюбопытны! - парировал Володя. - А в одном старинном описании монастыря упомянуто какое-то загадочное воздушное отопление.
- Врут! - уверенно заявил Фомин. - Были обыкновенные печи, жрали уйму дров.
- У вас-то, я помню, была печь. Но вы жили в бывшей гостинице. А в кельях будто бы топки были только на первом этаже и оттуда каким-то образом теплый воздух подавался наверх.
- По трубам, что ли?
- В описании не сказано.
- Ты не очень-то доверяй поповским книжкам, - веско посоветовал Фомин. - Сейчас мы их данные проверим и разоблачим.
Длинное здание келий делилось на два крыла церковкой с очень тонкой, очень высокой колокольней. Фомин повел Володю в правое крыло здания. Над крыльцом угрожающе навис ветхий козырек с остатками железных кружев. За распахнутой настежь дверью открывалась узкая лестница на второй этаж. Фомин оставил на крыльце банку с червями, а удочками рисковать не стал, прихватил с собой.
- На первом этаже Петуховы живут и Семеновы. - Фомин показал на обитые мешковиной двери по обеим сторонам небольшой каменной площадки. - Помнишь Вальку Семенову? Она теперь в школе физику преподает. Получила квартиру в новом доме, а мать отказалась переезжать. У нее тут живность, коза, а в новом доме негде держать. - Фомин вел Володю вверх по узкой, крутой, плохо освещенной лестнице. - У стариков свои привычки. Мой дед, когда переехали, и то ворчал: хороша квартира, да выноса нет. То есть ни подвала, ни сарайчика. Тут, в монастыре, насчет выноса - будь здоров! Хватило бы на целый микрорайон. Если интересуешься, можем потом пройтись по здешним подземельям.
На площадку второго этажа тоже выходили две двери, обитые уже не мешковиной, а дерматином. Возле дверей - электрические звонки. Под потолком в круглом оконце бесшумно крутится вентилятор, к нему ведет провод из квартиры номер 11.
- Анкудинов. Ты увидишь, он с фокусами, - сказал Фомин, нажимая звонок в 11-ю квартиру. За дверью грянула африканская барабанная дробь. - Изобретатель, одним словом. - Фомин поколебался и выжал еще порцию бешеных тамтамов.
Дверь отворилась, выглянул мальчишка в очках, испуганно отпрянул.
- Вам кого?
- Анисим Григорьевич дома? - спросил Фомин.
- А вам он зачем?
Володя мог бы поклясться, что очкарика не обманул рыбацкий маскарад. Мальчишка узнал Фомина, работника милиции. Узнал и потому так напугался. Мальчики-очкарики всегда имеют вид круглых отличников, разрядников-шахматистов, но на самом деле это может быть обманчивым впечатлением.
- Так дома он или нет? - спросил Фомин построже.
- Женя! - послышался из глубины квартиры стариковский голос. - Кто пришел?
- К тебе! - взвизгнул очкарик. - Иди скорей! - Мальчишке явно было страшно стоять тут одному.
- Пускай войдут! Я сейчас!
Фомин и Володя вошли в квадратную сводчатую комнату.
