Таня вернулась из магазина с полным пакетом продуктов. У нее был праздник: она начинала новую жизнь. Правда, Таня понятия не имела, какова будет эта жизнь, но любые перемены всегда к лучшему. Готовить сама себе она не собиралась, да и не любила, поэтому накупила в отделе кулинарии всяких деликатесов, а еще бутылку сухого белого вина. К слову, в одиночестве она еще никогда ничего не отмечала, но всегда что-нибудь бывает впервые. Насытившись, Таня решила понежиться в постели, но тут позвонили в дверь.
"Неужели Алик? Господи, пусть бы это был он".
Ей было ужасно стыдно за то, что тогда все так вышло. Очень хотелось извиниться, но она ничего не знала ни его адреса, ни телефона, ни места работы.
Но пришел Петр Леонидович, заместитель Владика, и с ним еще несколько мужчин.
— Татьяна, вы только не волнуйтесь сильно…
— Что-то случилось? — Таня побледнела. — С Владиком? С ним что-то случилось? Самолет?
— Татьяна, мне очень жаль, но Владислав Александрович погиб. Самолет разбился на двадцатой минуте полета. Выживших нет. Нам только что сообщили, — Петр Леонидович был очень взволнован и напуган, голос его дрожал. — Это ужас, мы не знаем, за что хвататься.
У Тани подкосились ноги, она потеряла сознание.
Таня стояла одна, поодаль от участников траурного мероприятия. Окруженные толпой, там стояли мать и сестры Владика, какие-то тетушки, дядюшки. Она не была с ними знакома, поэтому и не стала подходить. Людей было очень много. Кого-то она знала, кого-то видела впервые. Таня была в черном строгом платье, волосы окутывала легкая черная шаль. Глаза припухли от слез, но это было скрыто под очками. Шел траурный митинг. Она не слышала, о чем говорили. Мысли были заняты совсем другим. Она вдруг поняла, что потеряла единственного близкого ей человека. Пять лет жизни просто так не вычеркнешь из памяти. Не считая последние полгода, у них все было хорошо.
Таня покачала головой. Боже мой, сколько боли и страданий она ему принесла! Один её характер чего стоил! Бесконечные претензии, капризы, причуды. Как он все это выносил? А их последний разговор: "Я тебя отпускаю". А ведь он любил ее, точно, любил. Теперь одна. Собственно, этого и добивалась.
Случай на приеме ушел куда-то на задний план. А что такого необычного там произошло? Подумаешь, поговорила с Яном. Потом сама же и раздула из мухи слона. А разве трудно было помочь Владику?
Теперь вряд ли ей доведется еще свидеться с этим Яном.
К ней подошел Петр Леонидович.
— Татьяна, извините, что решил потревожить вас сейчас, но вдруг больше не будет случая. Я знаю, что вы значили для Владислава, поэтому хочу сказать вам, что можете обращаться ко мне по любым вопросам. Конечно, какое-то время в фирме будет неразбериха, но скоро все утрясется. Владислав умел все хорошо организовать.
— Спасибо.
— А может, вы решите вернуться на работу? Я буду очень рад предложить вам место бухгалтера. Я помню, вы — опытный работник.
— Я еще ничего не знаю. Но все равно спасибо.
Когда все уже разошлись, к Тане подошел водитель Влада.
— Мне сказали быть сегодня с вами.
Таня отрешенно кивнула ему головой.
Но уходить она еще не собиралась. Оставшись одна, Таня подошла к свежей могиле. Теперь можно было не стесняться, и она заплакала.
"Спасибо за все, что сделал… Спасибо за мужество, с которым ты терпел все мои выходки. Спасибо за то, что простил и понял… Я никогда тебя не забуду. И прости меня за то, что разлюбила тебя".
Она наклонилась, поправила цветы, а затем быстрым шагом направилась к выходу.
Она шла, не поднимая глаз, глядя себе под ноги, поэтому совершенно неожиданно натолкнулась на идущего ей навстречу мужчину.
— Алик? Вы здесь? — и тут же вспомнила, как оставила его в театре. Ну почему это должно было случиться сейчас?
— Конечно, я был хорошо знаком с Владом. Здравствуйте, Таня, и примите мои соболезнования.
— Спасибо.
— Можно вас проводить?
— Меня ждет машина, — но вдруг совершенно отчаянно попросила: — Алик, пожалуйста, увезите меня куда-нибудь, прошу вас, если, конечно, это возможно.
— Хорошо. Только куда же? Вы очень расстроены.
— Как странно, вы меня другой и не видели.
— Ничего, я уже привык. Идемте, — и он подал ей руку.
Отпустив служебную машину, Таня села рядом с Аликом.
— Алик, я должна перед вами извиниться.
Она не ожидала его сегодня увидеть, поэтому не знала, что сказать в свое оправдание.
— Не нужно. А то выходит, что вы только и извиняетесь передо мной.
— Да, действительно. Так и получается, — Таня не удержалась и улыбнулась.
— Вам черное очень идет, — Алик восторженно смотрел на сидящую рядом женщину.
— Алик, можно вас попросить побыть на сегодня моей "жилеткой"? Мне так нужно поговорить хоть с кем-то.
— "Жилеткой"? Ну что ж, тогда позвольте хотя бы под кофе.
— Кофе? Да, конечно.
Кафе, в котором они обосновались, было маленькое, но уютное. В зале было прохладно от работающего кондиционера. Тане стало зябко. Она сняла шаль с головы и укутала ею голые плечи.
— Скажите, а откуда вы знали Владика? — спросила Таня, медленно размешивая сахар в чашечке.
