Смысл слов, сказанных Элиасом, становится понятен мне в ту самую минуту, когда наш скайбот опускается на специально огороженный участок земли перед загородным домом. Рядом с ещё несколькими другими скайботами.
— У нас сегодня гости? — Чувствую, как в животе зарождается и поднимается к груди волнение.
— Вроде того. На Лакоре они называются свидетелями. — Люциан заглушает двигатель и поднимает дверцы скайбота.
— Свидетелями чего? — настороженно окидываю взглядом моих дракканов. И тут меня осеняет догадка. — Скажи, это как-то связано с вашими рассказами о необходимости узаконить брак, заключённый в агентстве на Земле?
На несколько секунд в салоне повисает тишина. А затем Элиас хлопает брата по плечу и усмехается.
— Я же говорил, она догадается, Люци.
— Эл, лучше помоги нашей малышке поскорее выбраться из скайбота, — Люциан качает головой. — Не знаю, как ты, а я хочу успеть жениться до наступления ночи.
Видимо Элиас хочет этого не меньше, потому что тотчас выскакивает из салона и охотно бросается мне на помощь.
В этот раз мы оставляем скайбот прямо перед домом, там же где совершили посадку. И втроём заходим в дом моей мечты. Дом на побережье.
Я немного волнуюсь, когда мы проходим по коридору. В памяти всплывает тот день, когда меня похитили.
За всё прошедшее время даже в разговоре я так ни разу и не назвала Кимберли и Нирза сестрой и отцом. И всё-таки хочу расспросить о том, как сложились их судьбы.
Но пока я лежала в клинике, женихи старательно избегали этой темы. А сегодня, подумав, сама решаю отложить все серьёзные разговоры на потом.
Я верю, что случившееся со мной в тот день больше никогда не повторится. Люциан и Элиас никому не позволят причинить вред мне и ребёнку.
Последнее обследование и какой-то местный анализ для беременных, сделанный в лаборатории «Видара Григгс» уже перед самой выпиской, показали, что у меня будет сын. И этот сын от Люциана.
Держу моих мальчиков под руки, а они ведут меня знакомым маршрутом через весь коридор. Я уже знаю, что выход с обратной стороны выходит на дорожку, тянущуюся к берегу моря.
— Нам осталось сделать последний решительный шаг, — приобнимая меня за талию, интересуется будущий папочка. — Волнуешься?
Поднимаю на него глаза и улыбаюсь. В этот момент мы как раз останавливаемся возле дверей. А за ними, судя по вопросам Люциана и таинственной физиономии Элиаса, находится что-то большее, чем пляж.
— А мне стоит волноваться?
Мальчики переглядываются и, ничего не отвечая, открывают двери. Всего пара шагов, и мы оказываемся на улице.
Нет, не просто на улице. Под сводами купола из белоснежного кружева, в которое вплетены те же цветы, что украшают скайбот. И кроме нас здесь уже находятся… видимо, свидетели. Двое мужчин и женщина.
От удивления едва не роняю на землю челюсть.
— Леа, свадебный обряд по нашим законам предполагает наличие свидетелей. По одному от жениха и невесты. — Голос Люциана звучит непривычно, по-деловому сухо. — Позволь представить. Филиас Ферган Орабас. Алина ш’Ор-Данн и её муж Риккан ш’Ор-Данн.
— Очень приятно. — В первое мгновение я даже немного теряюсь.
Если мужа Алины я совсем не знаю, то видеть здесь саму хозяйку брачного агентства и мужчину, с которым когда-то находилась наедине в номере мотеля, очень волнительно.
С другой стороны, теперь я хотя бы понимаю, почему в кармане Филиаса оказалась визитка брачного агентства, и как она потом попала ко мне. Все эти люди… или кто они там… действовали заодно с моими женихами.
Стоит мне прийти к этому заключению, и растерянность сменяется раздражением. Но к счастью, Элиас вовремя накрывает ладонью мои пальцы, судорожно вцепившиеся в рукав его пиджака, и легонько пожимает.
— Что ж, друзья, — произносит он нарочито бодро. — Как вы все знаете, нашу невесту только сегодня выписали из клиники. Переутомление ей противопоказано, а дорога сюда была долгой и утомительной. Поэтому предлагаю поскорее начать свадебный обряд.
Смотрю на начавшуюся после слов Элиаса суету и всё ещё пребываю в лёгком шоке от происходящего.
А происходит примерно следующее. Мои мальчики встают напротив меня, а у господина Орабаса-младшего в руках, как по волшебству, появляется шкатулка, обшитая блестящей тканью и бусинами. Точь-в-точь такая же, какую я видела во сне. В день, когда меня похитил Нирз.
Так вот что такое эта загадочная тапия. И мне уже становится до чёртиков любопытно, насколько отличается обряд подношения свадебных лент, который я видела во сне, от обряда реального.
Орабас подходит к нашей троице и протягивает мне шкатулку.
— Леа, малышка, если согласна на брак, открой шкатулку, достань из неё одну белую ленту и подай мне, — проводит Люциан быстрый инструктаж.
Не раздумывая ни секунды, тяну руку к золотому замочку, поворачиваю его и откидываю крышку шкатулки.
Некоторое время с интересом рассматриваю её содержимое, а затем достаю одну белую ленту и протягиваю её Люциану.
