«Сегодня вечером мы просто два человека, потерявшихся в чужом городе.»Меня зовут Рэйчел Прайс, и небо официально упало. Представьте себе, что вы находитесь на свадебном бранче вашего брата и получаете письмо, разбивающее все ваши мечты.Я не выиграла стипендию Баркли, а моя восходящая карьера в спортивной медицине рухнула. И вот я сижу одна в баре шикарного отеля, готовая утопить свои чувства в горьком бурбоне. И вдруг входит… он.
Рэйчел
— Красотка, ты когда-нибудь была на гонках яхт?
Чад Макботфейс, занимающий все пространство рядом со мной, не умолкает уже десять минут. Эта ходячая модель Patagonia, должно быть, не умеет читать, потому что у меня на лбу явно написано «ОТВАЛИ».
Я взбалтываю остатки льда в своём напитке «Old Fashioned», наблюдая за тем, как вишня крутится на дне стакана.
Я сижу одна в баре этого шикарного отеля… Ну, почти одна. За время проживания здесь, я заметила, что все стены отеля отделаны тёмными панелями и оформлены в какой-то морской тематике. Идеально для моего собеседника — Чада.
От мысли об этом я фыркаю в свой бокал.
Веду ли я себя как какая-то сука?
Определённо нет.
Чад из тех парней, которые больше любят говорить о себе, нежели о чем-то другом. При этом его сногсшибательная улыбка и белокурые локоны могли бы закрыть эту брешь нарциссизма, но он слишком часто оглядывался через плечо, подмигивая группе парней. Заметить их было очень легко, поскольку те сидели в углу, откуда открывался прекрасный вид на Сиэтл. В три часа дня, закончив свою трапезу, парни уходят. При этом продолжая одаривать нас насмешливыми ухмылками.
Я опускаю взгляд на телефон и нажимаю на папку «Входящие», последнее письмо. Скорее всего, у меня деградация, потому что за последний час я перечитывала первые три строки этого письма не меньше пятидесяти раз.
Это обычное письмо, написанное каким-то ботом. Я потратила год своей жизни на то, чтобы получить стипендию. Каждый день проверяла почту с надеждой на удачу, но получила письмо, написанное по схеме, в котором бот даже не может правильно написать моё гребаное имя.
Дальше я просто не стала читать, поэтому нажала на боковую кнопку телефона, чтобы выключить его.
Вот почему я нахожусь здесь с Чадом, а не на свадебном бранче моего брата. Вы можете назвать меня эгоисткой, но я не могла смириться с тем, что сорвусь на глазах у Харрисона, его нового мужа и у всей семьи. Поэтому, при первой же возможности ускользнула из зала. Заказала такси и вернулась сюда, чтобы просто поныть.
Саму свадьбу, которая была вчера, я не пропустила. Сегодняшний бранч только для тех, у кого не было раннего вылета. Я играла свою роль все выходные, улыбаясь на всех мероприятиях, произнося речь, как настоящая сестра на репетиционном ужине и танцевала как сумасшедшая на приёме вчера вечером.
Я счастлива за брата, правда. Но мне грустно и за себя.
Мой рейс домой завтра утром. Зная Сома, он соберёт небольшую армию тайских тётушек, которые будут приносить мне еду в течение следующей недели, чтобы поднять настроение. Такое чувство, будто у него везде есть связи. Он и Харрисон — известные шеф-повара, которые медленно строят свою империю. Я не могу жаловаться, потому что мой холодильник всегда ломится от потрясающей бесплатной еды.
Что ж, потерять эту стипендию не очень приятно, но жизнь идёт вперёд. Вернуться домой, поплакать день или два. Может быть поплакать вместе с Тесс, моей соседкой. Тесс — очень чувствительное и ранимое создание. Она плачет, когда плачут актёры по телевизору, когда плачут мультяшные животные. А про меня она говорит: «Эмоционально недоступный, замкнутый моллюск» (её слова, не мои).
Он наклоняется ко мне, хлопая светлыми ресницами. Это и есть его мастерство пикапа? Я что, должна падать в обморок? Как может мужчина не улавливать все знаки, которые подаёт ему женщина? Пока это не превратилось во что-то ужасное, я решаю уйти из этого места, как можно скорее. В этот момент он наклоняется ближе и преувеличенно вздыхает.
Я замираю.
— Ммм, ты хорошо пахнешь, — бормочет он. — Это «Шанель № 9»?
Это уже за гранью. Пришло время вернуть Чада за его столик. Я делаю глубокий вдох, запихивая Дракона Рэйчел обратно в её клетку. Нет причин устраивать сцену. Я просто откажу ему, как взрослая женщина.
