Сэм говорила так, словно плакала.
— Потому что кто-то должен приглядывать за мальчиками. В доме все еще находится полиция. Они ищут улики. На очереди твой дом…
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ
Молча прошла на кухню, подогревая оставшиеся на тарелке курицу и картофель с горошком.
Это всего лишь формальность. Делани может не спуститься к ужину. Черт, она может вовсе не выйти из комнаты. А после звонка Саманты аппетит пропал и у меня.
Делани хотела смерти Тимоти МакДэниела по словам его друзей.
Ну конечно Делани его ненавидела, у нее были на то причины. Но она точно не хотела его смерти, и, если мальчик пропал, это никак не связано с ней.
Тимоти МакДэниел преступник, просто и понятно.
Но мне нужно поговорить с Делани. Если она знает больше, мне нужно, чтобы она доверилась. Но в последний раз я предала ее доверие…
— Делани, ужин готов, — крикнула я у двери.
Десять минут спустя она плюхнулась за стол.
Молча я села напротив нее, с ужасом наблюдая за тем, как Делани набивает едой рот.
Щеки измазаны в курицу и картофель, а когда она увидела на моем лице отвращение, улыбнулась с полным ртом.
— Делани!
— Что, мам? Не хочу, чтобы ты звала меня тощей! Так лучше?
Я глубоко вздохнула.
Эти глупые игры необходимо закончить.
— Знаю, что ты все еще злишься на меня. Но ты больше не ребенок, Делани. Ты не можешь так себя вести. Я твоя мать, и мне нужно с тобой поговорить.
— Как и в тот раз?
— Я не ходила в секретариат. Она соседка Пэм, так что просто задали ей несколько вопросов…
— Так ты побежала и рассказала Пэм? Чем это лучше? — сказала Делани.
Я пожала плечами, неуверенная в том, что еще сказать.
— Я хочу для тебя только лучшего, милая. Я бы никогда не причинила тебе боль и не желаю ничего плохого. Саманта сказала, что полиция пришла в школу. Они задавали много вопросов? — я взяла вилку и размяла одну из маленьких картофелин на тарелке.
— Я знаю. Но все еще злюсь. Да, их вопросы были глупыми. Они спрашивали, знаю ли я о том, где он. Замешана ли я в его побеге, — Делани выплюнула еду в салфетку и поднялась.
— Ты знаешь, где он? — поинтересовалась я.
— Понятия не имею, где этот мудак. И если честно, меня это не волнует. Если что-то произойдет с ним. значит, он этого заслужил, — она закрыла дверь спальни, а я села за кухонный стол, больше не прикасаясь к еде.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ СЕДЬМАЯ
— Они идут! — в отчаянии я выбежала из комнаты и побежала вниз по ступенькам, едва не подвернув лодыжку.
— Кто? — крикнула сверху Пэм.
— Полиция! Они арестовали Делани. Нашли одежду Тимоти и ее удостоверение за школой. Разве не видишь, он не пытается подставить нас, Пэм! Он хочет задеть меня за живое, навредить через дочь!
— Но почему ему так хочется причинить вред Делани? — Пэм покачала головой, размышляя над моей теорией. Я оттолкнула ее в сторону, поднимаясь по лестнице с электрической пилой в руке.
— С ума сошла? — выкрикнула Пэм, направляясь вслед за мной в спальню. — Ты не можешь! Не можешь!
— Мне надо избавиться от тел. Не могу позволить дочери расплачиваться за преступление, которого она не совершала. И все из-за того, что я — того, что мы — сделали, когда были подростками.
Я прижала лезвие к шее Робина Регала, пытаясь заставить себя включить ее. Мой желудок скрутило, а лезвие задрожало. Я опустила его, бросившись к ванной.
Не успела. Рвота брызнула у меня изо рта и носа. Склонившись над унитазом, я не могла перестать думать о том, что случилось с Тамарой двадцать лет назад…
Я вытерла рот полотенцем, положив его на следы рвоты, а затем быстро сполоснула лицо прохладной водой из-под крана.
Когда я вернулась в спальню, Пэм ушла.
Но затем услышала стук в комнате Делани.
— Пэм?
Дверь в комнату Делани была приоткрыта, свет сочился через нее. Я толкнула дверь.
Пэм открывала и закрывала ящики.
— Какого черта ты делаешь?
— Просто проверяю, — сказала Пэм, виновато глядя на меня.
— Что именно проверяешь?
Но я уже знала. Пэм не верит, что с этим связан дядя Фил. Она считает, что Делани виновата.
— Она не может никому навредить. Лэни не такая, как я, Пэм… И если ты не хочешь помочь, то убирайся из моего дома, чтобы я смогла сделать все, что необходимо.
Пэм подошла к постели Делани, приподняв матрас и указывая на место под ним.
— Вот, — она прижала бедром матрас, указывая мне на то, что лежало там. — Это нож, — сказала Пэм, одаривая меня понимающим взглядом.
Но это не то, на что я обратила внимание. Мое внимание привлекло кое-что на полу. Кусочек золотистой обертки торчал из-под кровати. Я опустилась на колени и вытащила обертку.
— Подожди секунду…
Я побежала на кухню, мгновенно откинув крышку мусорного ведра. Порылась в мешке, вытаскивая картошку и банки из — под содовой, скатанные шарики из ткани, выбрасывала их на пол.
