– Мне нравится убивать людей, – сказал я и присел, чтобы посмотреть ему прямо в глаза. – Очень. – Я считал, что должен быть честен с парнем, который вот-вот умрет. – Знаешь почему?
Из его глаз текли слезы, а из носа сочились кровавые сопли.
– Э-э, нет, – ответил он и стал лихорадочно оглядываться по сторонам, но Джастис уже прижал его приятеля к стене здания. В воздухе витал сильный запах крови. – Почему? – Он думал, что ему удастся утолить мою жажду.
– Я социопат. Может быть, психопат. Или… кто знает? Просто самый конченый злодей. Обычно я не трачу много времени на размышления об этом.
Он сильнее прижал руку к ране.
– Пожалуйста, не убивай меня.
– Ты умрешь, Макс. Это точно, – сказал я и прислушался к его прерывистому дыханию. Видимо, я задел его легкое. – Но я могу сделать это быстро. Кто доставляет тебе детей?
– Почему? – спросил он, кашляя. Его зрачки от боли стали огромными. – Почему тебя это волнует?
Я всадил нож в его бедро, и он завизжал как поросенок.
– Потому что я возглавляю организацию и ее члены находятся под моей защитой. Короче, ты попал. Кто-то совершил колоссальную ошибку, похитив и убив маленькую девочку, принадлежавшую одному из моих людей. – Прямо на улице. Раньше считалось, что если ты защищен, то все в курсе, но не сейчас. Преступники не в ладах с… ну, с преступниками. – Так что я обязан пролить чью-то кровь. Я не могу допустить, чтобы мои люди думали, что я их не прикрою, понимаешь?
– Я не убивал никакую маленькую девочку, – заскулил Макс.
– Я знаю. – Она выпала из фургона во время погони и погибла. Мне потребовалось две недели, чтобы выследить этого парня, и он оказался не тем, кто нужен. – Назови мне имя или я начну отрезать части тела, – сказал я и отрезал ему ухо. – Ой, рано начал.
Он вскрикнул и закрыл дыру рукой, судя по всему, чтобы удержать внутри свой крошечный мозг.
– Его зовут Нельсон. Это все, что я знаю. Я даю ему деньги или наркотики, которые только могу достать, а он отдает мне детей. Большинство из них бездомные или в одиночку пересекли границу, и никто не знает, что они здесь. Никто их не ищет. Твоя маленькая девочка, наверное, была убита по ошибке.
Я встал и с наслаждением ударил его ногой в шею, убедившись, что попал куда надо. Раздался приятный хруст. Его глаза расширились от боли, а изо рта вырвался судорожный вдох. Он схватился за горло в надежде восстановить проходимость дыхательных путей, но гравитация, как всегда, победила, и он упал на колени, захлебываясь кровью.
Через несколько секунд мы о нем уже забыли.
Слева от меня эхом раздался треск ломающейся шеи: Джастису надоело возиться с ножом, и он наконец расправился со вторым сутенером.
Ветер завыл в ночи, разбрасывая дождевые капли и распространяя вонь от отходов. Боже, я ненавидел это место.
Джастис окинул взглядом многочисленные ряды палаток и самодельных картонных коробок, прежде чем осторожно переступить через очередную кучу дерьма. Я поднял глаза на высокое жилое здание: на первых этажах располагались элитные дизайнерские магазины, а на верхних – роскошные апартаменты. Чем больше становилось бездомных на улицах, тем быстрее люди бежали из Сан-Франциско. По крайней мере те, кто мог это сделать.
– Здание еще не выкуплено? – спросил я, при этом не ощущая ни дождя, ни ветра, будучи одетым так, как никогда бы не появился на людях. Вопреки распространенному мнению, я не прятался в скорлупу. Люди просто не знали, кем я был на самом деле, а если и говорили, то либо быстро забывали, либо вообще переставали разговаривать.
– Мне нужно еще две недели, – произнес Джастис, вздохнув и опустив взгляд на ботинки. – Все, что у меня есть, – это имя Нельсон, – добавил он и просканировал местность в поиске угроз.
– Как и у меня, – сказал я, оглядываясь. – Известно, из-за кого здесь столько бездомных?
Джастис фыркнул.
– Насколько знаю, из-за Бомонта – он распространяет в квартале наркотики.
В то время я считал Матиаса Бомонта тем еще мерзавцем, но было невозможно не восхищаться его деловой хваткой. Он раздавал бездомным наркоту, превращая их в ходячих зомби, которые вынуждали владельцев недвижимости покидать город. Затем он подкупал или принуждал местные власти принимать катастрофические законы, и в конце концов все катилось по наклонной в ад. Когда на имущество налагалось взыскание, он скупал его задешево. Я не знал, как он собирался избавить город от бездомных после всего этого, но надеялся, что его план потерпит крах.
Сейчас я предлагал за те здания больше, чем мог предложить Матиас.
Джастис прокрутил ленту в телефоне. Терпкий вкус мяты сменил хороший кофе. Это была одна из причин, по которой я тогда подпускал его к себе так близко. Он что-то читал, уже забыв о двух мертвых телах на усыпанном шприцами тротуаре.
– Что-то произошло с Аланой.
При упоминании ее имени я уловил во рту привкус меда.
– Что случилось? – спросил я. Голос вдруг стал хриплым.
Джастис поднял голову: на его лице не отразилось никаких эмоций, но в глазах читалось явное беспокойство.
– Не знаю. По словам моего источника, через час с ней что-то случится. Что-то опасное.
