– Нет, – сказал Данилов и здоровой рукой за волосы потянул ее вверх. Нагнуться он не мог. – Ты смотришь не туда. Ты же обещала не приставать!
– Я стараюсь. Но ты такой сексуальный мужчина, Данилов, особенно без штанов, что я за себя не отвечаю.
– Замолчи, – велел Данилов.
Теперь она сопела рядом, но в глаза не смотрела и старательно делала вид, что ей все равно.
«А нам все равно, а нам все равно, станем мы храбрей и отважней льва!..»
Как стать храбрей и отважней льва? Где взять силы? В книгах об этом не писали, а весь жизненный опыт Андрея Данилова был почерпнут в основном из книг.
Считается, что женщины любят сильных, уверенных в себе, опытных, грубоватых, властных мужчин, в меру романтических, в меру бесшабашных, умеющих кидать к ногам «миллион алых роз» и в то же время держать на коротком поводке.
Ни одно из этих ценных качеств не было свойственно Андрею Данилову.
Никогда в жизни он не был уверен в себе, грубость презирал, в романтике ничего не понимал, театрализованных представлений с демонстрацией страстей терпеть не мог. Сентиментальные штуки выводили его из себя.
Он не знал, получится у него на этот раз или нет. Даже если он очень захочет, ему никогда не измениться и не стать таким, каким должен быть мужчина мечты.
Имеет это значение или нет? Он не знал.
Он не знал даже, справится ли со своим «черным человеком» и что будет с Мартой, если он не справится.
С Мартой и с их общим ребенком, которого они привезли из Ярославля, из жаркой, темной, воробьиной ночи, разорванной всполохами дальней грозы, так и не перешедшей за Волгу, как в сказке.
Вот вам и мужчина мечты.
– Марта, я правда никогда не был в тебя влюблен, – начал он быстро, боясь, что начнет копаться в себе, по своему обыкновению, и тогда сказать совсем ничего не сможет, – я вообще ни в кого не был влюблен. Никогда. Наверное, я как-то не так устроен. Не правильно как-то.
– Это мы уже слышали, – пробормотала Марта с раздражением, – ты не правильно устроен и поэтому всех подвел, особенно мамочку. Ожидалось, что гениев будет два – отец и сын, как мило, – а сын в гении не вышел. Ну а раз не гений, значит, вообще ни на что не годен!
– Марта, ты мне мешаешь.
– Тогда я лучше пойду, – объявила она и не двинулась с места.
Внезапно он забыл, о чем говорил. Марта смотрела с интересом.
– Ты остановился на том, что никогда меня не любил и любить не будешь, – подсказала она и моментально от этого расстроилась, – вообще-то ты можешь не продолжать. Сейчас ты мне предложишь некоторую часть себя и стабильный брак, чтобы ребенок не рос без отца. Я подумаю, Андрей. Ничего, что я не выражаю восторгов?
– Я не могу без тебя жить, – бухнул Данилов мрачно, – а ты несешь сама не знаешь что. Я… подозревал что-то в этом роде уже довольно давно. Ты – главное, что у меня есть. Единственное, что у меня есть, – поправился он, подумав. – Лида как-то сказала мне, что она вышла бы за меня замуж, а мне было все равно. Ну, замуж так замуж. Тогда я в первый раз подумал, что со мной будет, если не станет тебя. Если ты перестанешь приезжать, или звонить, или приставать ко мне со своими экзаменами или с Гариком Сукачевым. В последнее время это стало как-то особенно понятно. Я думал, что мне придется отбить тебя у Петрысика вместе с его ребенком, чтобы оставить тебя себе, или придушить Петрысика, что ли.
Он мельком глянул на Марту. У нее приоткрылся рот.
– Только я не знаю, как нужно отбивать женщин, и никогда и никого не смогу придушить. Это от того, что я малодушный, понимаешь?
Марта молчала, только смотрела на него.
– Конечно, я идиот, – неожиданно признался Данилов, – но я только сейчас понял, что в моей жизни никогда не было никакого шекспировского одиночества, потому что ты… была всегда. Почти всегда. Все хорошее, что я помню, так или иначе связано с тобой. Сейчас мне кажется, что мама так на меня сердилась именно потому, что по-настоящему мне не было никакого дела до ее… инсинуаций. Я всегда знал, что есть ты и ты – на моей стороне.
– Я на твоей стороне, – медленно подтвердила Марта.
– Конечно. – Он улыбнулся, в этом у него не было никаких сомнений. – Так что я не стану предлагать тебе часть себя, а стабильный брак, по-моему, отличная штука. Я просто все слишком затянул, как обычно. Тогда мне надо было жениться на тебе, а не на Нонне.
– Ты еще вполне можешь успеть на мне жениться, – пробормотала Марта.
– Да, – согласился Данилов, – я и хочу успеть. Конечно, я не знаю, смогу ли я быть хорошим отцом…
– Стоп, Данилов, – прервала Марта, – что ты опять заныл! Конечно, ты будешь хорошим отцом! Ты ведь не станешь делать из него великого живописца или второго Энрике Карузо!
– Нет, – испуганно сказал Данилов, – конечно, нет! И никому не дам.
– Даже мне? – уточнила Марта. Она наслаждалась ситуацией и тем, что Данилов стоит без штанов и печальным голосом рассказывает, что не может без нее жить – господи Иисусе, неужели правда?! – и тем, что они уже обсуждают будущее их ребенка, и тем, что все стало наконец на свои места, а она уж было решила совсем пропадать.
