Однажды я тебя найду полностью

– Так вот, – Элен промокнула губы салфеткой, – я говорила, что была замужем за англичанином. Звали его Джеральд. Мы встретились во время войны, еще первой. Вы вроде упоминали, что ваш отец тогда тоже воевал?

Диана кивнула.

– Да. Офицером пехоты, провел почти всю войну во Франции.

– Тогда ему очень повезло выжить, а вам – родиться, дорогая. Полагаю, он мало рассказывает о проведенном во Франции времени?

– Почти ничего. Однажды сказал, что словами это не опишешь.

– Да… конечно, так и есть. Диана, в то время я работала медсестрой в полевом госпитале под Руаном, прямо за линией фронта. Там и познакомилась со своим мужем. Его плечо прошила пулеметная очередь. Он был… как это говорится?.. шокирован.

– В шоковом состоянии.

– Да, в шоковом состоянии. Врачи не верили, что он выживет, однако я решила выходить его во что бы то ни стало. Я была не очень хорошей медсестрой, Диана, и потеряла многих пациентов, хотя сейчас не уверена, что хоть у кого-то из них действительно был шанс выжить. Их раны… – Элен замолчала на несколько секунд, а затем продолжила: – А с Джеральдом я чувствовала вот здесь, – она указала вилкой на сердце, – что этот человек послан мне судьбой. И была просто обязана его спасти, понимаете?

– Каким он был? – заинтересованно спросила Диана.

Элен рассмеялась.

– Вы имеете в виду, красивый ли? Нет. Он тоже был офицером, как и ваш отец, но походил на лягушонка. Едва он пошел на поправку и попытался со мной флиртовать, я так ему и сказала: «Ты – английский лягушонок». Повторяла много раз. Но он лишь хохотал в ответ. Сказал, что он учитель и будет учить меня английскому. И сдержал слово. Он был очень терпелив со мной, и однажды днем, когда он уснул, я посмотрела на его лицо и вдруг поняла, что влюбилась.

Диана слушала как завороженная.

– А где вы поженились, во Франции или в Англии?

– В Англии, в Манчестере. Там жили родители Джеральда. Мои страшно разозлились, узнав о помолвке с англичанином. И когда я сказала, что свадьба будет в Англии. – Она улыбнулась. – Их утешало только то, что он католик. Мы поженились в прелестном соборе в самом центре города. А на следующий день на поезде укатили в Лондон, откуда Джеральд пересел в воинский эшелон. Я же отправилась обратно в Руан.

Элен сделала глоток вина.

– Больше я его не видела. Несколько дней спустя он погиб под обстрелом. Никто из его окопа не выжил, и тел тоже не нашли. Ни одного. Новость пришла на следующий день после того, как я обнаружила, что беременна. Моей Мари. История, похожая на вашу с Джеймсом, Диана. Мы успели зачать новую жизнь до… до…

Она умолкла.

На этот раз Диана коснулась руки Элен.

– Мне очень жаль… Но почему вы мне это рассказываете?

Собеседница вздохнула.

– Потому что я испытывала в точности то же, что и вы, дорогая. И не однажды. Приехав в Англию навестить родителей Джеральда, я видела его и слышала его голос повсюду – в поездах, в автобусах, в кафе. Казалось, я схожу с ума. Как-то раз я слышала, как он смеется у меня за спиной – так смеяться мог только Джеральд. Обернулась и на мгновение увидела моего лягушонка, но он вдруг превратился в совершенно другого человека. А я расплакалась, потому что была совершенно уверена, что видела именно его. Так же, как и вы, Диана. Так же, как и вы.

Диана допила вино и, крепко задумавшись, вновь наполнила бокал.

– Наверное, потому, что тела Джеральда так и не нашли, – проговорила она. Это было утверждение, а не вопрос.

– Да. Вы совершенно точно уловили суть, дорогая. Наверное, очень важно увидеть тело… или хотя бы поговорить с тем, кто видел. Это делает смерть réalité… Так с ней легче смириться, я думаю.

Диана долго молчала.

– Спасибо, Элен, – наконец сказала она. – С вами я словно очнулась после странного сна. Больно… очень больно… отказываться от того, в чем я была так уверена, но ваши слова о том, что Джеймс не попытался меня найти или сообщить о себе, и все, что вы пережили после гибели мужа… Да, конечно, вы правы. Я все напридумывала.

Элен улыбнулась.

– Как и многие женщины вроде нас, Диана. Мы должны помогать друг другу принять правду такой, какая она есть. Я знаю, что никогда не увижусь с моим Джеральдом. Возможно, и вам следует думать так же о своем Джеймсе.

– Да, полагаю, у меня получится. – Диана встала. – Я не могу остаться до конца обеда. Мне нужно домой, к дочери. Попросите Армана записать это на мой счет. Я расплачусь до конца недели.

– Bien sûr[16]. Спасибо. – Элен тоже встала, коснулась ладонями лица Дианы и поцеловала ее в обе щеки. – Надеюсь, я была не слишком безжалостна.

Диана улыбнулась.

– Нет, Элен. Наоборот, вы меня спасли.

Она пошла в сторону Английской набережной.

– Вы придете еще? – крикнула ей вслед Элен.

– Конечно, – отозвалась Диана, обернувшись. – Я ведь хожу сюда совершенствовать свой французский, так?

Она помахала рукой и пошла дальше.