— А я не могу понять твоего недоверия, — неожиданно громко обвиняет меня Звёздочка, встрепенувшись, а затем приподнявшись на своих лапках. — Он ведь дал понять, что он взаправду способен увидеть будущее, что он не обычный дракон. Он ведь хочет помочь всем нам. Не только своему королевству, но и другим, также страдающим, драконам.
— Он об этом только сказал. — Усмехаюсь слегка я, подпирая свою челюсть лапой. — Я вот могу сказать, что умею ходить по воде. И быть может, мне даже кто-то поверит. Не зря ведь меня назвали в честь водомерок.
— То есть, ты не готова ему поверить? Не хочешь помогать другим? — Выскользнув из под крыла удивлённо моргающего радужного продолжает ночная. Она меня что, обвинить в чём-то хочет?
— Я не хочу действовать спонтанно и необдуманно, — однако, у меня и на столь дурные вопросы есть свои ответы. — Тем более, когда столько всего сваливается так неожиданно на мою голову. Провидцы и их пророчества, чужие кошмары которые видит всё племя, какие-то там чудовища. Вы готовы слепо бросится во всё это?
— Не слепо! — Возмущенно фыркает Звёздочка, останавливаясь на расстояние вытянутой лапы от меня. — Нас поведёт Провидец. Он всё увидит. И узнает. И скажет, что делать.
— И скажет нам он только то, что мы должны знать. — Скучающе и с лёгкой улыбкой дополняю я её предложение, заметив как вспыхивают искорки негодования в жёлтых глазах Звёздочки. Теперь вот она пытается поймать мой взгляд, а я скучающе разглядываю потолок. — Я не хочу опираться на слова незнакомого мне дракона. Ещё и на слова, которые я не могу проверить.
Звёздочка громко фыркает, прижимая плотнее к своему телу крылья, но затем, неожиданно для меня кивает, слегка опустив свои уши и возвращаясь обратно к радужному. Что это с ней? Неужто услышала зерно логики в моих речах, поняла, что именно я хотела сказать? Да не, не верю. Скорее убедилась в том, что я не отступлюсь столь просто от своих принципов, да и подловить меня на какой-нибудь ошибке не легко. Или же, она хотела услышать что-то конкретное? А может, сказать?
И вновь я хмурюсь, погружаясь в свои мысли и пытаясь отследить в них зерно зарождающихся сомнений в собственной правоте. Но нет, ничего подобного я пока что внутри своей головы не нахожу. Лишь неприятную, будто распирающую изнутри усталость и сонливость, пришедшую на смену головной боли.
— Ладно. Не сказать, что я довольна ответами. — Бубню я себе под нос, переводя взгляд на замершего Каракурта. К тому моменту Сайда уже задремала под крылом вытянувшегося у прохода на “балкон” Циркона.
— Киу-киу! — Подаёт свой громкий голос Лонган, широченно зевая, одним глазом наблюдая за усевшейся недалеко от него Звёздочкой. — А я вот не понимаю, землянка. А ты чегось, трусишь-то? Это же весело и интересно, кеу-фьють! Приключение, что-то новое, всё-такое.
Вопрос говорливого балбеса я предпочла проигнорировать, сосредоточившись в основном на песчаном. Каракурт поджимает под себя хвост, держа перед собой одну из свечей. В бликах пламени его шрамы выглядят особо отталкивающе, покрывая морду и шею бледно-розовым узором. Скорпионье жало песчаного слегка постукивает по полу перед ним, пока он слегка переваливается с лапы на лапу, пристраиваясь поудобнее и упираясь плечом в стену. Нужно ли его вообще спрашивать? Задавать вопросы и пытаться отговорить? Тем более рискнуть его достаточно дружественным, как по мне, отношением? И уж тем более получится ли его отговорить? Он ведь потерял из-за чужих когтей того, кого называл “отцом”. А мусолить чужие мозги понятием “всепрощения” я уж точно не собираюсь.
Очередные несколько капель воска оказываются на моей ладони. Смогу ли я подобрать правильные слова, чтобы донести до него мысль, что ещё не время для мести? Что ему не справится с драконом, способным в одиночку раскидать целый отряд?
— Это самоубийство, — не, ну я бы не была собой, если бы не попыталась взять оппонента наскоком. На морде Каракурта мелькает слабая, но совсем не весёлая улыбка, однако он даёт мне договорить. — Ты слишком молод.
Я вижу, как он набирает воздуха, открывает пасть, и уже начинает выговаривать первые звуки, готовясь мне дать естественно “достойнейший” ответ. Скорее всего скажет что-нибудь о праведной мести, о том, что он жить не может, пока его отец не отомщён. Может, добавит что-нибудь про усердные тренировки. Хотя я сомневаюсь что прошедших лет ему хватило, чтобы подняться до уровня бойца, способного в одиночку раскидать целый отряд. Однако, я не собираюсь давать ему шанс оправдаться.
— А о нас ты подумал? Мы ведь будем с тобой. Ладно уж, Циркон и Фирн, они за себя постоять могут. Но Сайда, Звёздочка, Лонган?
— Но-но-но! Я очень опасный! — Вновь возмущенно курлычет радужный с раздутым самомнением.
— Мы это уже слышали. — В который раз за день я отмахиваюсь от апельсинового дракона, не сводя взгляда с колеблющегося Каракурта. — Ты хотя бы подумал о том, что может произойти? Особенно, если ты не справишься?
