— Я сказал то, что должен был сказать, чтобы вы ко мне прислушались, — видимо найдя очередной способ выкрутиться, сообщает Предвестник, не отводя взгляда от глаз Каракурта, полностью сосредоточив всё своё внимание на песчаном. — Так как ваша помощь мне необходима для спасения Пиррии с наиболее благоприятным исходом.
— То есть ты видишь будущее после основных событий своего пророчества? — на всякий случай уточняю я. — Но в «узлах» тебе слишком сложно ориентироваться? Я правильно понимаю?
— Да, — отмахивается от меня хвостом ночной, всё также играя с песчаным в гляделки. — Правда, я не могу сказать, какие действия к каким результатам приведут.
— А какие результаты есть? — продолжаю интересоваться я.
— Разные, — неохотно бухтит себе под нос ночной. — От спасения всей Пиррии до… До того, что мы все погибнем.
Глухой, почему–то ассоциирующийся у меня с грохотом начавшей схождение лавины, смешок вырвался из пасти Фирн, постепенно перерастая в нервный хохот. Причём очень заразный хохот, так как вскоре к надрывающейся ледяной присоединяюсь я и Циркон, да и Каракурт издаёт несколько фырканий.
В этом ответе, на самом деле, шикарно абсолютно всё. Начнём с того, что даже я могу давать такие пророчества: «Идя на завтрак, помните, что вы можете все умереть. А можете не умереть и позавтракать!». А уж сама новость того, что нам может угрожать смертельная опасность… Нет, конечно, с учётом того, что Каракурту якобы светило сойтись в бою с кровожадным убийцей, я понимала, что некоторые вещи будут угрожать нашим жизням. Но чтобы прямо вот так сразу «смерть», ещё и непонятно от чего. Ох, Предвестник, зря мы с тобой связались.
— Надо было всё–таки попытаться тебя убить, — отсмеявшись, выплюнула ледяная, в голосе которой не было и намёка на веселье.
— Боюсь, это не совсем уместно в стенах Академии, — с грустью в своём голосе тянет ночной, явно жалея, что он решил использовать столь умных драконят для столь грязной и неблагородной работёнки. — К тому же, я думаю, вы и так прекрасно понимали, что ваши жизни будут в опасности. Впрочем, я могу вас успокоить. Путей с хорошей концовкой куда больше, чем с плохой. В отличие от вариантов, где вы отказываетесь идти со мной. Там умирают все.
Ну да, ну да. Конечно, попробуй запугать нас. Вон уже даже Звёздочка начинает с подозрением поглядывать на тебя, лжец.
— Только вместе мы можем спасти Пиррию от надвигающейся беды и исполнить пророчество, — продолжает ночной, делая нам навстречу шаг.
— Давай только без пафосных и пустых речей, — постукивая когтями по своим чешуйкам на плече, фыркаю я. — Тут от них все устали. Даже твоя соплеменница.
Ночная отвечает неуверенным коротким кивком на мои слова, пристально смотря на понурившего плечи Предвестника.
— Тем более, что мы уже всё решили, — приподнимаясь со своего места, выхватывает из моих лап инициативу Циркон, кладя ладонь на плечо лежащего рядом Каракурта. — Мы пойдём за тобой. Но, не дай Светило и Небо, окажется, что ты нам опять соврал, или это всё какая-то дурная «шутка»…
— То есть «мы пойдём за ним»? — ради «приличия» и демонстрации собственной вредности возмущённо фыркаю я.
— Сестричка! — с обвинением в голосе смотрит на меня Тростинка, быстрее остальных поняв, что я сейчас придуриваюсь. Нет, конечно, я очень недовольна тем, что мы всё–таки полетим за Предвестником. Только вот шепчет мне на ушко таракан, отвечающий за шестое чувство, что в плане судьбы Пиррии в ближайшем будущем ночной с нами честен.
— Я понял, — кивает тут же успокоившийся Предвестник, видимо до этого видящий, что мы можем его послать в пешее путешествие до ближайшего болота. — Завтра к утру погода станет лучше, и Солнышко объявит «поход». Я с Тростинкой найду вас примерно в полдень, и мы полетим в путь. По дороге, если у вас будут новые вопросы, я постараюсь на них ответить. На этом всё?
— Похоже, что да, — пожимаю я своими плечами, окидывая всех пристальным взглядом. — У кого-нибудь есть ещё вопросы?
— У меня ещё остался! — машет лапкой дующая щёки Сайда. — А… Я ведь стану знаменитой? Это ведь не была ложь? Ты же не мог соврать принцессе!
На морде Предвестника мелькает еле заметная улыбка, и он слегка кланяется морской.
— Конечно ты станешь знаменитой, принцесса Сайда. Просто всему своё время, — тихо говорит хитрый ночной, не обозначая, сколько именно времени потребуется Сайде для исполнения её желания.
Затем он удаляется, оставляя нас наедине друг с другом обсуждать всё произошедшее. Хотя после столь неприятного разговора и раннего подъёма в выходной день хочется скорее забиться под каменную подушку и поспать.
— Ура! А я говорила тебе, что обо мне будут знать все! — показывает небесному свой язык Сайда, вместе с этим подхватывая полотно, над которым она работала всё это время, и разворачивая его к нам. — Вот. А это моя новая картина! Я ещё не придумала, как её назвать, но, думаю, что-нибудь вроде «вместе мы сила». Хотя это как–то слишком банально и глупо звучит. Надо будет подумать получше. Думаю, можно повесить её в этой пещере на стену!
