— Нет пощады! — придав голосу максимальную пафосность, выкрикиваю я, лепя лапами комок особо плотного ила и запуская его в Каракурта.
Идеальная меткость! Хотя, скорее, мне просто повезло. Шарик тины и грязи разлетается во все стороны, столкнувшись с переносицей Каракурта. Отшатнувшийся назад песчаный пытается спрятать морду за своим крылом, пальцами счищая грязь с вовремя зажмуренных глаз. Ещё и рычит раздражённо…
— Грррх, — выдыхает он, приоткрывая один из своих глаз и поднимая на меня озлобленный взгляд, полный желания отмщения нанесённых гордости ран. Упс, кажется, я его разозлила. Ну-с, Водомерка, пора оправдать собственное имя! Со всей возможной скоростью я разворачиваюсь и, поднимая ещё больше брызг, бросаюсь в центр озера. — Стоять!
Злого Каракурта даже ледяная вода не останавливает. Громко зашипевший песчаный устремляется за мной, лишь на мгновение остановившись у самого края воды, будто бы собираясь с силами для следующего шага. На мгновение я даже понадеялась, что ледяная вода станет для него достаточной преградой. Но нет. Собрав всю свою волю в лапу, Каракурт прыгает в воду, на ходу нагребая в пальцы клочки тины и швыряя их в меня, под неугасающий хохот остальных сокрыльцев, за исключением Фирн.
— Не поймаешь! — чувствуя, как вода поднимается всё выше и выше, кричу я себе за плечо, потихоньку начиная подгребать хвостом.
И тут же уже мне в морду прилетает комок грязи. Хорошо хоть, глаза прикрывает защитная перепонка, и хоть мир вокруг меня и стал чуточку мутнее, своих очертаний он не потерял.
— Поймаю! — уже чуть радостнее выкрикивает Каракурт, плотнее прижимая свои крылья к себе и вытягивая шею, будто бы норовя меня при первой же возможности цапнуть за хвост.
— Вииии! — присоединяется к нам новый голос, и между мной и песчаным в воду приземляется громко хохочущий Лонган, тут же из неё выныривая и с громким возмущенным шипением бросаясь к берегу. — Холодно! Холодно! — что есть силы кричал запаниковавший радужный дракон, хлопая своими крыльями по водной поверхности и от этого поднимая во все стороны расходящиеся брызги.
Тут уже я с Каракуртом засмеялась, забыв о своём коротком конфликте, наблюдая за тем, как дрожащий, посиневший радужный выскакивает на берег, тут же пытаясь поднырнуть под крыло Звёздочки. Только вот ночная, углядев, как с Лонгана стекает ледяная горная водица, бросилась бежать от радужного, заливаясь весёлым смехом.
— Это нечестно! — обиженно зафыркал принимающий свои исходные апельсиновые цвета радужный в след Звёздочке, пока я подгребаю к Каракурту и осматриваю его грязные чешуйки.
— Холодно? — улыбаюсь я ему, слыша, как с весёлым писком к нам решает присоединиться и отвлёкшаяся от созерцания леса Сайда. А за ней, после длительных раздумий, заходит Циркон, видимо решив, что это место достаточно походит на привычные для небесного дракона горные купальни.
— Бррр. Как ты в таком только плаваешь? — неуверенно улыбается в ответ Каракурт.
А затем песчаный хлопает мне по макушке, и я чувствую, как по морде растекается мерзким комом свежая грязь. Так! Возмущённо фыркнув, я толкаюсь ото дна и набрасываюсь с весёлым рычанием на хохотнувшего песчаного, насладившись прикосновением к его горячей чешуе.
А Фирн, лежащая в тени под деревом, только и смотрит хмуро на нашу возню.
Так мы и плескаемся. Даже Звёздочка вскоре к нам залезла, решив спрятаться от обиженно фыркающего Лонгана в холодной воде, которой он так испугался. Будто бы мы не готовые к спасению мира герои, а обычные драконята, у которых появилась возможность поплескаться вместе. Хохочет Каракурт, брызгая в меня водой. Плавает в центре кругами Сайда. Распластался на спине Циркон, глазея на чистое небо. И брызгается смеющаяся Звёздочка водой в переминающегося с лапы на лапу радужного, застывшего у самого берега. И я вместе со всем смеюсь и веселюсь, забыв обо всех проблемах, позволив воде смыть всю грязь с моих чешуек и вымыть все зарождающиеся мрачные мысли из головы.
Возможно… Вот чисто в теории, я бы хотела познакомиться с этими драконятами в совершенно других условиях. Разве что за исключением Фирн, сейчас прикидывающейся спящей. Слишком уж занудно по-взрослому ведёт себя ледяная, несмотря даже на то, что вроде как именно из её королевства исходит угроза. Ну разве можно быть всё время хмурящейся и злобной сосулькой, готовой любому несчастному откусить нос? Наверное, можно. И я сама зря радуюсь, ведь как бы ты не старался забыть о мире вокруг, сам мир никогда не забудет о тебе.
Пара теней скользнула над нами, а затем одна из них плюхнулась около меня, взвизгнув от удивления и бросившись мне на шею.
— Водомерка! — хватая пастью выбитый холодом воздух, выкрикивает Тростинка, возмущенно засопев в ответ на мои весёлые смешки.
В тоже время на берег приземлился Предвестник, аккуратно сложив свои крылья и окинув нас мрачным взглядом.
