Чарли и василиск познакомились четыре года назад. Полненький и грустный, одинокий Чарлик бродил по заброшенной части замка. Закончились каникулы, полные приставучего и вредного Рона и вечно ревущей Джинни. К старшему и ехидному Биллу не хотелось приближаться и на пушечный выстрел, так же как дома не хотелось подходить и к младшему занудному Персику. Подойдешь к нему и пропадешь на целый час или весь день: Перси будет задавать миллион вопросов по одному и тому же предмету, например, про Гремучую иву, про которую он столько слышал от старших братьев: почему она гремучая, сколько у неё ветвей, какими ветками она бьет, какие ветви бьют сильнее, а какие — слабее, почему она не ходит, как энт, ведь она же энтица, и ещё сотни две таких же вопросов касательно ивы. Даже представить страшно, что он будет спрашивать, когда вживую увидит легендарное дерево в год поступления в Хогвартс.
Друзей за прошлый год Чарлик не завел. Поняв, что ему интересны только животные, от него постепенно отсеялись все знакомые, оказалось, никого особенно не привлекают истории о драконах и вивернах, которых Чарли Уизли хотел бы завести. Единственный человек, который соглашался послушать о чудищах, был Хагрид. Но он был взрослый и много работал, исполняя обязанности лесника. И Чарли понял, что он одинок не только в семье, но и в школе, где никому не было дела до его интересов…
В этой части замка, куда он забрел по тропе одиночества, было пусто и сумрачно. Здесь даже факелы не зажигали. Древние стены были толще, чем положено, потолки и двери выше обычного, временами Чарли казалось, что в этих помещениях располагались не совсем люди, а какие-нибудь великаны и тролли. Коридоры шире, двустворчатые двери высотой в три метра… Чарлику стало вдруг интересно, и он с любопытством принялся заглядывать за каждую дверь, благо они были незаперты.
У магов нет обыкновения вешать предупреждающие таблички типа «Огнеопасно!» или «Вход запрещен!». Зачем? Если надо, они предупредят на словах, мол, коридор третьего этажа закрыт для тех, кто не желает умереть насильственной смертью. Так что Чарли Уизли оказался совсем не подготовлен к тому, что за одной из дверей, прямо за порогом, будет яма. В которую он и шагнул, глазея на стены. Падение было неожиданным и коротким. От смерти его спасло то, что под полом находились залежи песка и пыли, заросшие неприхотливой сорной травкой, имеющей привычку заселять брошенные бассейны и подвалы.
Придя в себя от пережитого испуга, Чарли начал обследовать стены своей нечаянной темницы. И вскоре пришел к неутешительному выводу — он в полной жопе. Прости меня, мама, я знаю, что ругаться нехорошо… но ты сама сможешь подобрать другое слово для обозначения этой задницы? Чарли сердито пнул ближайший камешек. Ну, и как отсюда выбраться? Он мелкий второклашка, растущий в ширину, а не в высоту, но даже и долговязый Билли отсюда не вылезет — до пролома в полу-потолке… ммм-м-м… высоко, короче. По стенам, по этим выступам в кладке, конечно, можно залезть, но по потолку подобно мухе он пока не научился лазить, чтобы добраться до пролома у двери сверху… А из заклинаний знает только Левиосу, Люмос и Алохомору, и почему-то он уверен, что ни одно из этих заклинаний не поможет ему выбраться из подпола.
Пригорюнившись, маленький человечек присел на камушек, оперся о колени и подпер подбородок кулачком, синими глазами сверля дыру в потолке. В неё виднелась открытая дверь и часть стены, и больше ничего. Через час плена настроение у Чарлика упало на уровень ниже, когда он додумался, что искать его будут только после отбоя, а до него ещё много времени. Заворчавший желудок подсказал ему, что сейчас время обеда. Ну, без еды он до завтра, допустим, не умрет, но как же это будет неприятно — сидеть здесь в темноте и голодному…
Ещё через час Чарлик откровенно заплакал, понимая, что чертово время тянется как резина, говоря по-маггловски. К тому же он начал подозревать, что в эту часть замка едва ли заглянут в ближайшие пару суток. Ведь он много раз тут бывал и ни разу не видел никого другого, никому неинтересно было соваться в заброшенные катакомбы, это он один такой уникум… Додумавшись до этого, мальчик разревелся в голос, в буквальном смысле собираясь себя похоронить.
Раздался шорох, и с потолка на его голову и плечи посыпались мелкие камешки и песок. Чарли резко поднял голову и, вскочив, обнадежено закричал, почти не веря в чудо:
— Помогите! Пожалуйста, помогите мне, кто нибудь!
В проломе-отверстии в потолке мелькнуло что-то огромное. Потом это что-то просунулось в отверстие, и Чарли подавился воздухом — на него взирала драконья желтоглазая харя. Медленно открылась страшенная пасть, обнажая частокол сабельных клыков. Задушено икнув, Чарли попятился, дракон проследил за ним взглядом и тихо, вопросительно рыкнул:
— Ррр-р-ры?..
