Есть люди, которые везде чувствуют себя в своей тарелке, и как раз такой человек находился перед нами. Он всегда и всюду свой, на улице и дома. Парень, болтающийся тут и там. Умник и всезнайка. Он мог быть италь янским умником с Малберри-стрит, еврейским умником с Деланси-стрит или, как этот парнишка, типичным ирландским умником с Десятой авеню.
Макси начал раздражаться:
– Поди-ка сюда.
Он открыл дверь в соседнюю комнату. Парень просунул в нее голову и присвистнул:
– Господи Иисусе.
Сцена произвела на него впечатление.
Парень вернулся в свое кресло и сказал:
– Меня выкинули из моего здания, потом я походил по улицам и посмотрел, что там творится. – Он с улыбкой продолжал: – Там идет бойня. Головы трещат, как яйца. Все лифты в домах стоят. Нигде нет ни охраны, ни штрейкбрехеров. Профсоюз практически выиграл забастовку. – Парень продолжал улыбаться, показывая свои зубы. Он знал, что они у него чистые и белые. Он выпустил кольцо дыма. – Я пришел с соседней территории, из владений Оуни.
– С Десятой авеню? – спросил я.
– Нет, с Одиннадцатой. Я знаю, кто вы, ребята.
– И что? – спросил я.
– Я понял, кто взял в руки эту забастовку. Синдикат, – заключил он со своей неугасающей улыбкой.
– У тебя ушки на макушке. Ты знаешь, что к чему, – сказал Макси.
– Да, я летаю тут и там, – беспечно признал парень.
– А если я выброшу тебя в окно, ты тоже полетишь? – съязвил Макси.
– В этом нет необходимости. Я могу вам помочь.
– Ты можешь нам помочь? – повторил Макс. – Как?
Парень пожал плечами:
– Как хотите.
– Что ты можешь для нас сделать? – спросил Макси. – Нам не нужна помощь. Мы и так справляемся. Мы выигрываем забастовку.
– Ну, не знаю. – Парень опять пожал плечами. – Просто если я могу быть чем-то полезен, то с удовольствием вам помогу.
Пришел Косой:
– Как насчет того, чтобы пожрать? Кто-нибудь ел сегодня?
Мы все вдруг почувствовали, что зверски проголодались.
– Хотите, я схожу за сандвичами к Линди или куда-нибудь еще? – вызвался парень.
– Ты никуда отсюда не пойдешь, – возразил Макс.
– Ладно, как скажете. – Он поудобней устроился в кресле.
– Меня что-то тянет на креплак[30], – сказал Патси.
– Ладно, возьмем креплак. Косой, сбегай к Раппопорту и скажи ему, чтобы сделал нам креплак побольше и посытнее – с сыром, картофелем и всем прочим. – Макс протянул Косому десятку.
Я перешел в приемную и сел за стол. Через некоторое время меня начали раздражать лежавшие кругом люди. Я взял одного за ноги и перетащил в другую комнату.
– Вы хотите убрать этих ублюдков из приемной? – спросил парень с Одиннадцатой авеню.
– Да, они меня раздражают.
– Я займусь этим, – энергично предложил парень.
– Ладно, помоги мамочке.
Я с одобрением смотрел, как легко он перетаскивал спящие тела в другую комнату. Потом парнишка нашел метлу и стал подметать помещение.
Он закончил работу и отнес метлу во внутренний офис. Мне показалось, что парень задерживается там слишком долго. Я подкрался, быстро открыл дверь и вошел в комнату. Он стоял на коленях на полу и обшаривал карманы спящих.
Оглянувшись, парнишка улыбнулся мне и продолжал свое занятие. Мое присутствие его нисколько не смутило. Я стоял, куря сигару и глядя на него. Он закончил работу, отряхнул брюки и пересчитал деньги.
– Сколько там? – спросил я.
– Сто десять долларов и сорок центов. – Парень отсчитал пятьдесят пять долларов и двадцать центов и протянул мне.
– Там есть еще трое ребят. Не хочешь поделиться с ними?
Он улыбнулся:
– Зачем, приятель? Это касается только нас. Они тут ни при чем.
– А если бы я не поймал тебя за этим делом, ты бы все оставил себе?
Он улыбнулся:
– Конечно, а ты разве нет?
Я покачал головой и усмехнулся:
– Ладно, парень, забирай все себе.
– А ты не хочешь взять?
– Нет, это все твое.
Он спокойно сказал:
– Ладно, спасибо, приятель.
– Эти ребята, – я ткнул ногой в спящих, – все твои друзья, разве нет?
– Нет, я просто работал с ними.
– Вы всегда занимаетесь только этим – штрейкбрехерством?
– По большей части. Бывают иногда дела, связанные с разводом.
– Все сгодится, чтобы заработать свой честный доллар.
– Верно, – засмеялся он. – Ради денег эти ублюдки, – парень кивнул на лежавшие на полу тела, – готовы продать собственную бабушку.
– И все агентства так работают?
– Да, везде полно дерьма. Я побывал в разных местах. Они берутся за любые дела, начиная с воровства и кончая убийством. Мы частенько следили и за крупными компаниями.
– Что это значит? Выслеживали воришек среди сотрудников?
Парень засмеялся:
– Случалось. Такие дела нам очень нравились. Мы ловили парня и выбивали из него деньги. Обдирали его как липку.
– А потом сдавали?
– Эти ублюдки – да, они так и делали. У них совсем нет жалости. Но я поступал по-другому. Я вытряхивал из парня деньги, а потом отпускал. Мы часто этим занимались.
Косой вернулся от Раппопорта с большим чаном креп-лака.
Патси спросил:
– А вилки?
– Вилок нет, – ответил Косой.
Макси погрузил свою руку в чан и сказал:
– К черту вилки.
– Кому вилки, а кому опилки, – сказал Косой, тоже засовывая руку.
– Кому опилки, а кому дерьмо в копилке, – продолжил я.
– Давайте лучше жрать, а не чесать в затылке, – заключил Макси.
