– Давай подшутим над этим парнем.
Макс ответил:
– Ладно.
Мы спустились вниз по лестнице. Старик бросил на нас мимолетный взгляд и вернулся к своему занятию. Я заглянул ему через плечо, чтобы посмотреть, что он делает. Старик переписывал фамилии. Я присмотрелся повнимательней. В конце концов я понял, чем он занимается, – подделывает фамилии в регистрационной книге избирателей округа.
Старик гордо спросил:
– Ну как, хорошо смотрится, сынок?
– Превосходно, – ответил я. – Просто превосходно.
Я боялся выдать себя и не задавал лишних вопросов.
– Это последняя страница в последней книге, – сказал старик, быстро шурша пером.
Мы стояли вокруг и с интересом следили за работой.
Косой прошептал:
– Дедуля подделывает бумаги.
Наконец старик со вздохом отложил ручку:
– Хорошо, что мне приходится заниматься этим только раз в год. Нудная работенка. – Он улыбнулся: – А где Джон?
Очевидно, он спрашивал о том парне, которого пристукнул Макси.
Макс с обычным присутствием духа ответил:
– Пошел в сортир.
Старик кивнул:
– Ладно, давайте вытаскивать это барахло.
Мы начали выносить книги наверх. Макс сказал Косому:
– Подкати машину к выходу.
Мы сложили книги в «кадди». Старик по наивности ничего не замечал. Он не задавал нам никаких вопросов. Он спокойно влез на заднее сиденье. Макс и я сели по обе стороны от него. Косой нажал на газ. Мы выехали на автостраду.
Макси сказал:
– Поезжай в отель, Косой.
Старик с удивлением посмотрел на Макса.
Когда мы остановились у отеля, Макс, Патси и Косой пошли переодеться в номер, а я остался со стариком. Я держал нож наготове. Потом они вернулись, и я тоже пошел наверх переодеться. Я заплатил портье за неделю вперед и сказал, чтобы он отослал костюмы Шварцу. Потом мы уехали.
Я почувствовал, что старик начал беспокоиться. Он смотрел на нас с подозрением:
– Куда вы собрались, ребята? Разве мы едем не в здание суда?
Никто ему не ответил. Мы сидели как немые. Он смотрел на нас испуганно.
– Кто вы такие? – спросил старик с дрожью в голосе.
Макси улыбнулся и похлопал его по спине:
– Папаша, ты отличный парень. Все будет очень хорошо. Главное – не волноваться. – Он повернулся к Косому: – К Толстяку Мо.
По дороге старик понемногу расслабился, обнаружив, что мы относимся к нему с уважением и настроены миролюбиво. К тому времени, когда мы проехали полпути до Нью-Йорка, он уже стал нашим другом. Когда мы проезжали один из попутных городков, Макс купил ему в болтушке кварту виски. Это помогло развязать деду язык и сделало еще дружелюбнее. Он рассказал нам все о политике, который заправлял его округом. По словам старика, это был «толстопузый, жадный и лживый сукин сын». Но зато очень могущественный. Весь округ был у него в руках. Он даже являлся главой местного отделения ку-клукс-клана.
– С этим парнем лучше не связываться, – предупредил старик. – Все люди, работающие в казино, члены клана. Этот парень совсем не дурак. Он никому не оставляет шансов. Всё работает на него – от казино до местных выборов. – Потом он спросил: – А вы, ребята, из оппозиционной партии?
Я покачал головой. Он попробовал еще раз:
– Из кабинета окружного прокурора?
Макс ответил честно. Он сказал:
– Нет. Мы из организации, которую интересует только казино.
Старик мне был любопытен. Я решил расспросить его поподробней:
– Как получилось, что ты стал таким специалистом по подделке документов? И почему ты связался с этим парнем?
Старик объяснил:
– Я уже второй раз сижу за подлог. А этот толстопузый политикан одалживает меня на время у тюрьмы, чтобы я подчистил ему избирательные книги накануне выборов.
«Колумбия – жемчужина морей, приют свободы и обитель славы!» – со смехом пропел я про себя. Господи, как типично, как чертовски характерно для этого «при юта свободы»! Всем небишам[23] и шлемилям гарантировано одно – их обязательно обведут вокруг пальца.
Часто бывало, что мы, по просьбе Фрэнка, помогали на выборах тому или иному кандидату. Обычно мы поддерживали его деньгами. Иногда мы набирали людей и посылали их голосовать чуть большее количество раз, чем это положено по закону. Случалась, что мы слегка запугивали избирателей. Но куда нам до этого парня! Он не разменивается по мелочам. И он не бандит. Все считают его законопослушным гражданином. Но он мог бы научить нас тому, как надо фальсифицировать выборы. Это легко делается в подвале. Да, типичная история.
Бандиты – просто мальчишки и любители по сравнению с этими высокопоставленными шишками, которых считают образцами законопослушания.
Я спросил:
– Значит, на самом деле ты сейчас должен быть в тюрьме?
– Я мотаю уже второй срок. Джон, тот парень, которого мы там оставили, – это мой охранник. Он возглавляет сыскную полицию в нашем округе. Предполагалось, что он отвезет меня назад в тюрягу. – Он нахмурился. – Что вы с ним сделали, ребята? Наш заправила держит его за цепного пса.
Я сказал:
– Мы уложили его спать.
Старик встревожился:
– Что это значит? Вы его убили?
– Нет, – ответил Макс. – Просто отключили на время.
– А, – улыбнулся дед с облегчением.
– Ночью в казино есть постоянная охрана? – спросил я.
