— Вышло так, что мы вместе приехали с ним в эту страну, и я помог ему обрести новый путь; а потом, обратившись и приняв Бога, он захотел искупить свои прошлые грехи. — Рабби направился к двери, продолжая говорить на ходу: — В Библии сказано: грехи отцов… — Он остановился и благодушно улыбнулся. — Как говорят в Америке, каков отец, таков и сын. Придет день, и я позабочусь о том, чтобы ты научился вести себя как хороший еврей. А пока — спасибо вам за все и шолом алейхем, мальчики.
— Заходите как-нибудь, рабби, посидеть и поговорить, — сказал я ему вдогонку.
— Лучше я приду к вам, чтобы выпить шнапса и получить финансовую помощь в каком-нибудь неотложном случае, — улыбнулся он.
— Мы всегда будем вам рады, — произнес я.
Когда рабби ушел, я некоторое время сидел молча и потягивал виски.
Макси подтолкнул меня локтем:
— Очнись, Лапша, о чем задумался?
— Что? — Я глубоко погрузился в свои мысли.
— О чем думаешь, спрашиваю?
— А… я думал о своем отце. Он был крутой парень, как ты думаешь? Его звали Шрулик Штаркер. Слушай, Макс, ты не знаешь какого-нибудь оптового торговца, у которого я мог бы купить новый большой камень на могилу своего отца?
— Да, я знаю одно местечко. Когда будет случай, мы съездим туда вместе.
К нам ненадолго заглянули Джейк Проныра, Гу-Гу и Труба.
Макс сказал:
— Как раз те парни, которых я хотел увидеть. Вы что, читаете мои мысли?
Джейк покачал головой:
— Нет, мы зашли, чтобы немного выпить и перехватить пару баксов. Кошельки у нас плоские, как…
— Как безгрудая шлюха? — сухо закончил Макс. — Наверное, сначала мы послушаем какой-нибудь стишок. Ты уже сочинил что-то новое?
— Макс, не провоцируй его, — взмолился Патси.
— Давай, Джейк, прочитай им то, что ты сочинил сегодня днем. — Гу-Гу ободряюще подтолкнул его локтем.
— Хорошо, хорошо, — послушно кивнул Джейк. — Слушайте:
Мы сидели и ждали, когда Джейк продолжит. Он посмотрел на нас и пожал плечами. Он закончил.
Я простонал:
— О нет!
Макс сказал:
— Господи.
Косой рассмеялся:
— Да не слушай ты их, Джейк. По-моему, очень здорово. Ты — настоящий гений.
Макс поддразнил Проныру:
— Значит, как ты сказал, когда появился здесь: у вас полно денег?
— Будь у меня деньги, — уныло ответил Джейк, — мне хватило бы их до конца жизни, при том условии, что я умер бы сегодня вечером.
Макс бросил ему сотню и сказал:
— Это аванс. У меня есть для вас небольшая работенка. Приходите сюда в десять вечера.
Джейк спросил:
— А что за работа?
— Узнаете, когда придете.
Они выпили по стаканчику и ушли.
Я спрашивал себя, за каким чертом они понадобились Максу. Что на этот раз он вытащит из рукава?
В половине четвертого Мо объявил:
— Пришел Профессор.
Макс сказал:
— Впусти его.
Он вошел стремительно, как энергичный коммивояжер, блестя глазами и сияя дружеской улыбкой. Профессор с сердечной теплотой пожал нам руки. Было видно, что ему действительно приятно снова нас увидеть.
Он спросил:
— Ну что, парни, хотите увидеть предварительную демонстрацию?
— Да, если вы не против, — ответил Макси.
Он улыбнулся:
— Ничуть, ничуть. С удовольствием. Кто-нибудь поможет мне с аппаратом?
Вызвался Косой.
Вдвоем они втащили машину. Она оказалась довольно громоздкой, шесть футов в длину и два в высоту. Это было крепкое сооружение. Его аккуратно поставили на стол.
Профессор начал свое представление. Он был очень убедителен. Глядя, как аферист демонстрирует свою машину, я начал понимать доверчивость его жертв. Прямо у нас на глазах он вставлял в аппарат листочки чистой бумаги размером в денежную купюру, а с другой стороны из маленького отверстия выпадали новые хрустящие десятидолларовые банкноты. Впечатление было неотразимое. Машина действительно печатала десятидолларовые купюры. Было слышно, как внутри позвякивает работающий механизм. Звук казался очень знакомым, но я не мог вспомнить, где слышал его раньше.
Макси шутливо сказал:
— Эта штука слишком хороша для Химмельфарбов. Лучше оставим ее для себя.
— Иногда я сам начинаю в нее верить, — заметил Профессор, улыбаясь. — Подождите, вы еще не видели ее внутри.
Он откинул крышку. Внутри находилась масса колесиков, пружин и шестеренок.
— Будь я проклят! — воскликнул Макси. — Неужели это они, Профессор?
Тот улыбнулся:
— Они самые, Макси. Я поставил сюда два игральных автомата Синдиката, только без фруктов и картинок на табло.
Профессор приподнял установленный внутри агрегат и показал нам потайной ящичек, где лежали новые десятидолларовые купюры. Когда мы поворачивали ручку аппарата, механизм зажевывал поступавшую в него чистую бумагу и прятал его в другом потайном ящичке, стоявшем ниже первого.
