— Она дает приблизительно двадцать восемь сотен долларов в неделю на пиве и виски и примерно четыре сотни на игральных автоматах. За вычетом расходов на обслуживание, доставку, ренту и тому подобное остается около двенадцати сотен долларов в неделю.
— Отлично, ребята, — сказал Макс, — все это ваше. Ведите дело так, как раньше: заведение должно быть уважаемым и чистым. — Он строго посмотрел на Джейка. — Никаких пьяных оргий. — Он взглянул на Гу-Гу и Трубу и, покачав у них под носом пальцем, предупредил: — И никаких шлюх.
Джейк сказал:
— Я обещаю, в заведении будет чисто.
— И еще одно, — продолжал Макс, сурово покачивая пальцем. — Я знаю, что у вас есть собственный бизнес, на котором вы зарабатываете по четыре сотни баксов на каждого в неделю. Приберегите его на черный день. Сухой закон не будет продолжаться вечно. Помните это и не бросайте свое дело. Ладно, а теперь займемся нашей машиной. — Макс ткнул пальцем в ящик. — Будьте с ней поосторожней. Внутри очень хрупкий механизм, — предупредил он, когда Труба и Гу-Гу грубо взялись за ящик. — Вы захватили свои инструменты, чтобы открыть дверь фабрики?
Джейк обиженно посмотрел на Макса:
— Ты за кого нас держишь — за каких-то фраеров? — Он вытащил связку отмычек и погремел ею в воздухе. Их было штук двадцать пять, все разных видов и размеров. — У Трубы есть еще один набор. Могу поспорить, что мы откроем любую дверь в Нью-Йорке за десять минут, не прибегая к взлому, а если уж придется взламывать, то никто не сможет сделать это лучше, чем Гу-Гу.
— Ладно, — сказал Макс, — все в порядке. Я просто хотел убедиться, что вы взяли с собой инструмент. И не забудьте вот что. Вы должны забрать у Химмельфарбов второй ящик и доставить его сюда. Это очень важно.
Джейк нетерпеливо махнул рукой: «Ладно, не забуду», и они направились к двери. На ходу Джейк обернулся и заметил:
— Такое впечатление, что мы тащим гроб.
Я мрачно произнес:
— Прощайте, мистер Мур.
Джейк обернулся:
— Что?
— Ничего, — сказал я.
Они вышли за дверь.
Операция заняла больше времени, чем мы предполагали, но ребята вернулись веселые и довольные, волоча с собой тяжелый ящик.
— Как все прошло? — спросил Макс. — Трудно было попасть на фабрику?
Джейк ответил:
— Не труднее, чем в бордель Пегги. Что еще мы можем для тебя сделать, Макс? Потому что, если дел больше нет, нам не терпится отправиться в свою болтушку. — Джейк сказал это с робкой и гордой улыбкой.
Макси улыбнулся ему в ответ:
— Все в порядке, Джейки. Пусть Иззи позвонит мне, и я дам «добро», если у него будут к вам вопросы.
Они все втроем сказали:
— Спасибо, ребята.
На Брум-стрит они летели, видимо, на крыльях. Потому что уже через несколько минут нам позвонил Иззи, спрашивая, все ли он правильно понял.
Макси ответил:
— Да, да. Заведение теперь у них, и скажи Джейку, что он должен повысить тебе зарплату на двадцать пять долларов. — Макси повесил трубку и повернулся к Косому и Патси. Указав на обоих, он сказал: — Ты и ты — вы назначаетесь добровольцами для доставки ящика Профессору. Вопросы есть?
Когда мы остались одни, я спросил у Макса:
— Как ты думаешь? Химмельфарбы наверняка что-нибудь предпримут. Не такие они люди, чтобы безропотно терять пятнадцать штук.
Макси с усмешкой ответил:
— А что они смогут доказать? Если кто-нибудь поинтересуется, мы скажем, что нас самих надули на двадцать штук. Химмельфарбы могут догадываться, что мы в сговоре с Профессором, но доказательств у них нет. А теперь у них даже машины не осталось. Кроме того, мы подкинули им новую проблему, которую им срочно придется решать, — что делать с мистером Муром.
Макси пыхнул сигарой, отодвинул кресло и с умиротворенным видом закрыл глаза. Я подумал, что он заснул.
Макс слегка шевельнулся и лениво пробормотал:
— Знаешь, Лапша, от добра добра не ищут, так что Химмельфарбы вполне могут заняться производством туалетной бумаги.
— Срочно позвоните в клуб, — вместо приветствия сказал нам Мо, когда мы пришли на следующее утро.
Макс посмотрел на меня, многозначительно подняв брови.
— Я так и думал. Он не сказал зачем? — обратился Макси к Мо.
Толстяк Мо покачал головой:
— Нет. Он не сказал; он только сказал, что это очень важно. Он звонил уже дважды за это утро.
Макси залпом выпил виски и позвонил окружному лидеру Таммани. Поговорив всего минуту, он повесил трубку с несколько озадаченным видом.
— Едем, это срочно.
В кабинет лидера мы вошли без стука. Он сидел за столом с озабоченным выражением лица. Он пригласил нас сесть в кресла, стоявшие посредине комнаты. Мы пододвинули их ближе к столу.
Макс спросил:
— В чем дело?
— В это утро у меня было два звонка. Один с Центральной улицы… — Он посмотрел на нас, как будто ожидал, что это произведет на нас впечатление.
Макс сказал:
— И что?..
— Звонок был из полицейского управления. А во второй раз мне позвонили из офиса окружного прокурора.
Макс спросил:
— Так, дальше? Что-нибудь еще?
— Я просто хочу, ребята, чтобы вы знали, что у меня есть своя работа.
Макс сказал:
— Да, мы знаем, что у вас есть своя работа. Какие еще новости?
