Однажды в феврале полностью

В душном заведении я ёрзала на высоком стуле и покручивала в руках недопитый фужер с водой. Когда я положила в рот дольку лимона, немного поморщившись, Дин, прервав разговор со своими другом Джеймсом, направился ко мне.

– Что, Мелисса, чрезмерное употребление алкоголя теперь даёт о себе знать?

– Я в порядке, – ровно ответила, ощущая лёгкий туман в голове, отчего уже хотелось упасть лбом на эту барную стойку.

– Мне что-то так не кажется. Нет, если тебе всё же плохо, то давай…

Я резко перебила парня, разворачиваясь в его сторону.

– То давай ты просто не будешь лезть? Слушай, я уже устала от твоего чрезмерного внимания. Ты можешь просто оставить меня в покое? Пожалуйста.

– Боишься влюбиться? А может быть уже? – Дин хотел коснуться моих волос, но я перехватила его руку.

Да. И чем больше тебя к себе я подпускаю, тем сложней мне отодвинуть.

– Было бы в кого. Самовлюбленный офицер с завышенной самооценкой, который думает, что любая девушка повиснет на его шее, – из последних сил сквозь боль и желание я продолжала держать себя на расстоянии от парня.

– Ты опять начинаешь дерзить? – его голос прозвучал круче главнокомандующего и Дин едва не вплотную приблизился ко мне.

– Ещё даже не начинала. И свой армейский тон прибереги для своих Саратога-Спрингских солдафонов.

– Я уже тебе говорил, что ты хочешь казаться высокомерной, избалованной девчонкой. Но как бы ты ни старалась у тебя всё равно ни хрена не получается. И будь я твоим мужем давно бы уже отшлёпал тебя как следует, потому что со мной такие фокусы не проходят. Я не твой адвокатишка, который видимо позволяет тебе разговаривать с ним как с куском дерьма.

– Матерь Божья. Будь ты моим мужем я бы повесилась, потому что жить с тобой по уставу я бы точно чокнулась.

Дин прищурил глаза, выдав чуть насмешливый взгляд, который всё равно пронизывал меня насквозь.

– Что ты вообще ко мне привязался? Тебе мало девушек в баре? Обернись, – схватив Дина за плечи, я развернула его. – Вон, та шатенка весь вечер с тебя глаз не сводит. Смотри, какая красотка. Иди уже осчастливь эту даму, а то от её жарких вздохов бар вот-вот огнём вспыхнет!

– Что ты всё пытаешься повесить на меня клеймо какого-то озабоченного бабника?! – развернувшись ко мне обратно, Дин упёрся руками в стойку, тем самым заключив меня в ловушку. Я напряженно сглотнула, но позиции не сдавала.

– Отойди от меня, – предупреждающий тон, и, упёршись ладонями в мужскую грудь, я довольно грубо отодвинула Дина от себя. – Ты, конечно, симпатичный и всё такое, но неужели ты не видишь, что мне нет до тебя никакого дела?

В моём сердце столько противоречивых чувств, а в голове так много мыслей, что мне трудно разобраться, и только будь я полностью свободной всё было бы иначе, в чём и крылась главная причина.

– Проверим? – допив виски, он раздраженно ставит стакан на деревянную поверхность, не прерывая зрительного контакта.

– Пожалуйста. Оставь. Меня. В. Покое.

– Рад был знакомству, милая леди.

Его спокойный ответ меня немного удивил, и, Дин, зажав Мальборо между зубов, ушёл.

– Всего доброго, лейтенант… – сказала я ему вслед и развернулась на стуле обратно к барной стойке, запуская руки в волосы.

Любое его действие начинает доводить меня до дрожи в теле, а желание коснуться Дина переходит уже все границы дозволенного. К тому времени Алекс повторил заказ и на стойке снова появился алкоголь.

– Эй, а куда опять Армстронг свалил?

– Понятия не имею…, наверное, во второй раз поехал бывшую реанимировать… – ответила я Алексу, безразлично пожимая плечами.

Десять минут. Его не было. И тем же лучше для меня и хуже одновременно. В сметённых чувствах и мыслях я всё же решила заказать бокал своего любимого Домен Сент Мишель, в надежде перестать уже думать об этом парне. И продолжать жить, как жила до его появления.

Пятый глоток. Мысли не отпускают. Дин намертво засел в моей голове. Влюблённость… всегда считала, что она приносит радость…

– Мел, – раздался позади голос подруги, сквозь шумные басы исходящие из колонок. – Всё нормально?

– Да. А что мы уже уходим? – спросила я, видя, что Джеймс и Алекс засуетились, а затем покинули барную стойку.

– Нет, я в дамскую комнату, а ребята увидели своего знакомого приятеля, отошли поздороваться, – кивнула она в сторону дальнего столика.

– Ясно.

– Ладно, будь здесь, я сейчас вернусь. И думаю, что пора бы и впрямь ехать домой. Глаза просто слипаются… – добавила она, а я развернулась к деревянной стойке.

Бокал в котором оставалось пару глотков игристого не успел коснуться моих губ, как вдруг кто-то позади меня выхватил его из рук, и поставил на бар, томно шепча на ухо:

– Хватит… Или мне придётся выносить тебя отсюда на руках…