Оливия тем не менее потянула его вперёд, и Ник против своей воли последовал за ней. Он не сомневался, что если отпустит её, она упадёт, и ноги сам шли за ней. Они пересекли площадку, заросшую травой и высоченными соснами, и вышли на дорогу. Порывы ветра качали их в разные стороны, шум дождя был оглушающим. Струи больно били по открытой коже, назойливо заливали глаза, так что идти было почти невозможно. Из темноты перед ними внезапно появилась высокая тень. Оливия остановилась, и Ник почувствовал, как она напряглась. Он знал, что оружия у неё не было, похоже, она выронила свой револьвер, когда Патрик напал на неё. До освещённого фарами участка оставалось всего несколько метров, но, казалось, что до него тысячи миль.
– Мы договорились, – сказала тень. – Мы все должны выйти на свет.
– Ты цел, в тебя не попали? – спросила Оливия.
Ник внезапно понял, что перед ними стоял Лоуренс.
– Ничего серьёзного, небольшая царапина и всё, – он шагнул вперёд и внимательно посмотрел на Оливию, потом его взгляд скользнул на Ника, держащего её, и вернулся обратно. – А с тобой что случилось? Ты как будто попала под трактор.
– Это Патрик. Он хотел изнасиловать меня.
– Я давно знал, что с этим ублюдком нужно быть очень внимательным, – голос его был до странности спокоен. – Мы должны были застрелить его в тот самый момент, когда он появился на нашем пороге.
Ника удивил тон Лоуренса. Его больше удивило даже не то, что нападение Патрика он воспринял так спокойно, он понял, что что-то случилось, что-то важное, о чём Лоуренс не хотел говорить Оливии. Да и как они смогли договориться с конвоем так быстро, они же ещё минуту назад стреляли друг в друга.
Лоуренс пошёл к головной машине конвоя, и Ник с Оливией поплелись следом за ним. Ник увидел, что возле машины стояли несколько человек, а на земле лежало тело. Он с изумлением узнал лысого мужчину, которого все называли Гасом. Гас любил поболтать и посмеяться, он, наверное, был самым приятным из всей компании. Но сейчас он не болтал и не веселился, Ник увидел в черепе Гаса дыры размером с пятицентовую монету, из которой чёрной струйкой, смешанная с дождём, выбегала кровь.
Оливия, увидев тело Гаса, ничего не сказала, но Ник, державший её за руку, почувствовал, как она вздрогнула. Остальные люди просто стояли и смотрели на них, среди них Ник увидел высоченную фигуру Майка.
– Как ты, Майки? – спросила Оливия.
– Майку страшно. Майку не нравится здесь, – сказал великан и заплакал.
Человек в ковбойской шляпе выступил вперёд. Очевидно, когда-то его шляпа представляла собой великолепное зрелище, но сейчас она намокла и её полы свисали вниз и с них ручейками сбегала вода. Одно плечо человека было перевязано и на нём виднелись следы крови, но в другой руке он держал револьвер. Нику не понравилось, как этот человек посмотрел на него.
– Это все? – спросил человек в шляпе.
– Есть ещё один, – ответил Лоуренс и посмотрел на Оливию. – Если вы не убили его.
– Я ударил его по голове, но мне кажется, он жив, – сказал Ник, чувствуя, как все смотрят на него.
– Это водитель грузовика, – сказал Лоуренс. – Он не с нами. Мы взяли его в заложники и вынудили ехать с нами.
Холодные настороженные глаза человека в шляпе неотрывно изучали Ника.
– Что-то не похоже, что вы взяли его в заложники, – проговорил человек в шляпе.
– Зачем мне врать, МакКинли? – устало спросил Лоуренс.
– Потому что всё, что ты умеешь, это врать и грабить.
– Этот сукин сын хотел изнасиловать её, – Ник кивнул головой на Оливию, которую он придерживал. – Что мне было делать? Просто стоять и смотреть? Да, они взяли меня в заложники и угрожали убить меня, если я откажусь ехать, куда им нужно. Но они не убили меня, когда я привёз их, хотя могли это сделать. Они могли выстрелить мне в спину, но не сделали этого.
– Как благородно с их стороны, – проговорил задумчиво МакКинли, но кивнул двум людям в форме помощников шерифа. – Найдите последнего, он где-то должен лежать в отключке. Только если этот человек не врёт.
– Я не вру, я оставил его возле старой закусочной.
Помощники шерифа скрылись в темноте, а МакКинли выступил вперёд.
– Может, ты и не с ними, может, ты ни в чём и не виноват, кроме того, что оказался в ненужном месте в ненужное время. Но мы сейчас этого выяснять не будем. Эта дорога не лучшее для этого место. Ты присоединишься к остальным в фургоне, а когда мы прибудем в безопасное место, я со всем разберусь.
– Что-то случилось, Лоуренс? – спросила Оливия. – Почему ты сдался?
Лоуренс бросил быстрый взгляд на Оливию и тут же отвёл глаза.
– Потому что драться дальше не имеет смысла.
– Возможно, его здравомыслие спасло вам жизни, – сказал МакКинли. Он указал рукой на фургон, возле которого стоял толстяк шериф. – Ваш драгоценный Билли Соммерс уже ждёт вас.