– Думаю, вы должны понимать, что знать о существовании этого Кэлвина до этого момента мы не могли, – тихим спокойным голосом проговорил Лоуренс. – Значит, он не наш. Этот ублюдок убил не только наших друзей. Похоже, из этого следует, что есть шанс, что вы придадите ему больше значения, чем в начале.
– Если ты сейчас же не закроешь свой рот, я вот этим выбью тебе зубы, – МакКинли показал на свой револьвер.
– Не стоит злиться, МакКинли, – проговорил судья. – Не будем отрицать, что мы действительно в самом начале не придали значения их словам.
– А почему мы, собственно, должны придавать значения словам каких-то грабителей? – вспылил МакКинли. – Сначала они стреляют в нас, а потом рассказывают дикие истории, в которые мы должны безоговорочно поверить?
– Вы должны нам верить, потому что сейчас мы на одной стороне, – голос Лоуренса по-прежнему был тих, как плеск ручья в лесу.
– Мы на одной стороне? – МакКинли изобразил веселье. – А кто же тогда на другой? Расскажите, мне очень интересно.
– На одной стороне находится все, кто сейчас в тюрьме, запертые ураганом, – сказал Гарет. – А на другой Джером Кэлвин, коммивояжёр и убийца.
Все, кто был в комнате, посмотрели на него, кто-то с удивлением и недоверием, но все без исключения внимательно.
– Этот мистер Кэлвин что-то затевает, – продолжил Гарет. – Он точно что-то затевает, но я не знаю, что именно. Он как будто специально рвался сюда. Он позволил мне арестовать себя, а потом всю дорогу помогал выбрать правильный путь. Ему что-то нужно здесь в тюрьме, я уверен в этом.
– Значит, ты думаешь, что этот человек что-то замышляет? – спросил судья.
Гарет кивнул головой.
– Я уверен в этом, как уверен в том, что завтра наступит рассвет.
– Но ты же запер его? – спросил МакКинли. – Запер его в камере?
– Запер, но боюсь, что простой замок не сможет удержать его, – Гарет задумался, подбирая нужное слово, но его мысль за него закончил Лоуренс.
– Этот человек не так прост, – сказал он. – Это демон во плоти.
Майк, услышав слово демон, встрепенулся и испуганно захныкал.
– Демон. Пожалуйста, я не хочу снова видеть демона.
Оливия положила свою маленькую руку на огромную ручищу великана, и он замолчал, но слёзы огромные как капли продолжали сочиться из его глаз.
– Вас послушать, так этот Кэлвин какой-то волшебник, – проворчал МакКинли. Было видно, что ему тяжело поверить во всё это.
Помощник шерифа Томпсон, молчавший до этого и сидевший в дальнем углу, негромко кашлянул.
– Прошу меня простить, но думаю, мне тоже есть что сказать, – он робко обвёл взглядом всех присутствующих и, ища поддержки, задержал взгляд на Гарете.
– Мы выслушиваем всех, кому есть что сказать, – подбодрил его Гарет.
– Я думаю, эта информация достаточно важна, чтобы уделить ей время. Я не говорил об этом, потому что думал, что это всё выдумки, но теперь, услышав всё это, думаю, что слышал правду.
МакКинли крутанул рукой, призывая Томпсона ускориться.
– Я говорю о том пожаре, который случился сегодня днём в Оганквите.
– О том пожаре, в котором погиб старик? – спросил судья.
Томпсон посмотрел на судью.
– Не погиб, старика Фелпса убили. Кто-то проломил ему череп молотком, а потом поджёг его дом, – Томпсон немного помолчал. – И некоторые свидетели видели, как перед самим пожаром в дом старика заходил странный путник в ковбойской шляпе и кожаном плаще.
В комнате повисла гнетущая тишина. Первым её прервал МакКинли.
– Ну и что это доказывает? – спросил он. – Только то, что этот Кэлвин бродил по округе и убивал всех, кто попадался ему на глаза. Это не делает его чародеем и не придаёт ему сверхъестественных сил.
– Я согласен с маршалом, – проговорил судья. – Мы имеем дело с убийцей, а не колдуном. Но с другой стороны, с этим человеком явно что-то не так. От одного взгляда на него кровь стынет в жилах, и накатывает суеверный страх, а вы должны понимать, что я не самый впечатлительный человек. Я видел стольких бандитов, грабителей и убийц, что не снилось никому из вас, но этот человек всё равно испугал меня. Не нужно знакомиться с ним, чтобы понять, что он опасен как змея. И всё же он не колдун и не демон, а просто человек. Очень плохой человек. Но Гарету я тоже верю, и если он говорит, что этот мистер Кэлвин что-то затевает, значит, он действительно что-то затевает. Наша задача выяснить, что именно у него на уме.
– Он сказал, что сам всё нам расскажет, – прервал тираду судьи Гарет и взглянул на часы на своём запястье. – У нас осталось десять минут, и можем двигаться в Блок Д.
На мгновение Гарету снова удалось привлечь внимание всей комнаты. Все, даже Майк, посмотрели на него. Поняв, что внимание захвачено, Гарет продолжил.
– Думаю, нет смысла гадать, что задумал Кэлвин, тем более, если учесть, что он сам всё нам расскажет.
– А мы можем исходить из того, что этот Кэлвин будет откровенен с нами, когда дело дойдёт до объяснений? – спросил судья. – Откуда нам знать, что всё, что не скажет, будет ложью?
– Как мы можем доверять этому убийце? – укоротил вопрос судьи МакКинли.