– Кэлвин ни разу не солгал мне за всё то время, что он был у меня, – ответил Гарет. – Он жестокий убийца, который способен вытащить из-под кровати маленькую девочку и сломать ей шею, но когда доходит до правды и лжи, он предпочитает говорить правду.
– Господи боже, какой девочки? – в ужасе спросил судья.
– Той, что в Денбре, – тихим голосом проговорила Оливия. – Этот ублюдок убил там ребёнка?
Гарет посмотрел ей в глаза и молча кивнул головой.
– Так что ты предлагаешь, Гарет? – спросил МакКинли. – Я не понимаю, куда ты клонишь.
Гарет вздохнул и обвёл взглядом каждого, кто находился в комнате.
– Я хочу, чтобы мы перестали гадать, что хочет Кэлвин, и пошли все вместе и выслушали его. Мы выслушаем, что он скажет, а потом уже будем думать над тем, что нам делать. Но только он высказал одно странное условие, которое, впрочем, не вызовет трудностей.
– Какое условие? – спросил МакКинли.
И Гарет передал им дословно то, что сказал ему Кэлвин.
– Он сказал, Реджину? – голос судьи выражал ту крайнюю степень изумления, в которой он находился. – Но скажи, ради всего святого, почему ему нужна именно Реджина?
– Мне он об этом не сказал, – ответил Гарет.
– И ты думаешь выполнить это его пожелание?
Гарет утвердительно качнул головой.
– Думаю, мы ничего не теряем, а иначе он может отказаться идти нам навстречу.
Лоуренс слушал их разговор, но думал совсем о другом. Ему показалось, что в голосе Гарета он уловил что-то такое, что все остальные отказались понять. И судья, и МакКинли понимали, что Кэлвин опасен, но никто из них всё же не представлял, на что способен этот человек. Но Гарет, кажется, представлял, и он хотел что-то сказать. Лоуренс думал, что знает, что хотел от них услышать Гарет, но, будучи слугой закона, не мог озвучить эту мысль сам. Значит, это должен был сделать кто-то другой. Например, грабитель, для которого преступать закон было делом обычным.
Гарет посмотрел на часы и перевёл взгляд на помощника шерифа Томпсона.
– Гарри, найди, пожалуйста, Реджину и приведи к нам, – попросил он. – Скажи, что это очень важно. Нам же пора двигаться в Блок Д.
– Подождите, – подал голос Лоуренс.
На лице Гарета отразилось удивление, а на лице МакКинли раздражение, судья же просто выжидательно посмотрел на него.
– Пока мы не ушли, нам нужно обсудить одно неотложное дело.
Гарет щёлкнул по стеклу своих часов, показывая, что времени у них осталось совсем немного, и если Лоуренс хочет что-то сказать, ему следует поторопиться.
– Неотложное дело? – спросил МакКинли.
Помощник Томпсон вышел и закрыл за собой дверь.
– Да, неотложное. – Лоуренс хотел, чтобы его голос не дрожал. – Помощник шерифа уже говорил, что мы не знаем, что задумал этот мистер, дурацкая шляпа Кэлвин, и нам не стоит тратить время на гадания. В этом я согласен, так же, как согласен с тем, что Кэлвин действительно что-то задумал. Мы сейчас все пойдём и выслушаем, что он нам скажет, правильно?
Судья и Гарет утвердительно кивнули.
– Так вот, я хочу предложить нам разработать план на тот случай, если то, что мы услышим от Кэлвина, нам не понравится.
– Ты о чём говоришь? – подозрительно спросил МакКинли. – Мы почти уверены в том, что то, что он нам скажет, никому не понравится.
– Это точно, – добавила Оливия, смотря на Лоуренса. – Я не понимаю, к чему ты клонишь.
– Я хочу, чтобы мы были готовы действовать, если Кэлвин, к примеру, скажет, что убьёт всех, кто находится в этом здании (а он может сказать такое, я уверен).
– И как он сможет это провернуть, находясь в клетке без оружия и под охраной? – спросил МакКинли.
– Откуда мне знать? – огрызнулся Лоуренс. – Может, он всё здесь заминировал, а детонатор спокойненько лежит у него в кармане. Я же всего лишь хочу, чтобы мы были готовы к такому варианту.
– Я тоже не понимаю, к чему ты клонишь, – вставил судья. – Можешь говорить прямо? Что-то мне подсказывает, что у тебя уже есть план действий.
– Вы правы, – кивнул Лоуренс. – Если нам не понравится то, что он скажет, мы должны убить Кэлвина едва он закроет рот. Не раздумывая и не тратя время на препирательства.
Все уставились на него в шоке, будто не могли поверить своим ушам. Лоуренс заметил, что Оливия смотрела на него так же, как в тот момент, когда он сказал ей, что Билл ранен. Недоверие и ошеломлённое изумление было в её глазах. Но когда он посмотрел на Гарета, ему показалось, что он увидел в них облегчение. Человек, который больше всех них провёл с Кэлвином времени, тоже думал, что его нужно убить. Значит, Лоуренс правильно понял помощника шерифа и его намерения.
– Я не ослышался, и ты сказал, что мы должны застрелить безоружного заключённого? – спросил МакКинли.
– Только в крайнем случае, – ответил Лоуренс. – Но мы должны действовать быстро. Не нужно дать ему опомниться.
– Ты, похоже, совсем спятил… – начал МакКинли, но Гарет оборвал его.
– Я согласен, – сказал он. – Если на кону будут стоять жизни людей, мы должны обезвредить Джерома, может, даже убить его.