— Видимо, одна из них, это мой ужин, — предположил Пэсспоут.
— Нет, — ответил Воло, — Просто я подумал, что раз мы всё равно бежим, то почему бы нам не спасти дочь Грюна Блефа?
— Хорошая идея, но как мы сможем забрать её из под стражи до утра? — спросил Кёртис.
— Просто наблюдай, — ответил Воло, двигаясь в сторону шатра для рабов.
— Слава великому Алихану, — сказал Воло, глядя стражнику в глаза.
— Слава великому Алихану, — ответил высокий лысый евнух.
— Ты уже знаешь, что Хан поручил нам забрать девчонку и продать её за более выгодную цену в Кара — Туре?
— Такова воля Хана.
— Именно. И я подумал, почему бы нам не забрать её вечером? Я слышал, она не очень то послушная. Так что сходи за ней, и сможешь нормально отдохнуть этой ночью.
— Нет.
Воло в недоумении замолчал.
— Но…
— Я не желаю больше заходить туда. Зайди и забери её сам и можешь идти на все четыре стороны.
— Будь по-твоему, — с облегчением ответил Воло и трое путешественников зашли в шатёр.
Молодая женщина совмещала в себе восточную и западную красоту: тёмные глаза, каштановые волосы, совершенные изгибы талии и бёдер. Она была одета в наряд туйганской принцессы, который, весьма кстати, давал возможность троим путешественникам увидеть все достоинства внешности пленницы.
Ей в рот был вставлен крупный кляп. А сама пленница была привязана к кровати за руки и за ноги.
— Мы пришли спасти вас, — сказал Кёртис, вытаскивая кляп из её рта.
— Не прошло и года! — тут же возмутилась пленница, — Вы знаете, кто я?! Да я дочь…
— Быстро, кляп, — приказал Воло, и Кёртис тут же запихнул шёлковую тряпку обратно в рот пленницы.
— Мпфхв! — возмутилась она.
— Ты думаешь, это хорошая идея? — спросил Пэсспоут, — Я имею в виду, её отец важная персона, и, если он узнает, как мы обращались с его дочерью, он может не дать нам награды…
— Позже обсудим это, — прервал его Воло, — Кёртис, выводи леди.
— Да, капитан, — по привычке ответил Кёртис. Юноша перебросил девушку через плечо, подобно мешку зерна, и вынес её из шатра.
— Удачи, — сказал охранник, когда трое путешественников закончили привязывать пленницу к одной из лошадей.
Воло повернулся к охраннику и ответил:
— Воля Хана будет исполнена.
Через пять минут трое путешественников и их «попутчица» уже скакали на восток под покровом беззвездной ночи.
Алихан сдержал слово — четыре лошади, которые Хан одолжил путешественникам для поездки в Кара — Тур, оказались действительно невероятно быстрыми. Это подтверждалось ещё и тем, что за спинами путников не было видно погони. Хотя, возможно Алихан до сих пор верил в слова Воло о выгодной продаже.
К полудню трое путешественников окончательно уверились в отсутствии погони. В течении дня, Кёртис трижды пытался вытащить кляп изо рта пленницы, но каждый раз за снятием кляпа следовал поток оскорблений и возвращение кляпа на своё законное место. Путешественники понимали, что они должны уехать как можно дальше от орды Алихана, и у них не было времени на выслушивание оскорблений и возню с необузданной девушкой. К вечеру того же дня, путешественники остановились, что бы наконец-то поужинать. Дочь Грюна Блефа так и осталась привязанной к лошади — в таком положении она провела уже больше двадцати часов, что больше подобало походному рюкзаку, а не знатной леди.
Для себя Пэсспоут решил, что эта девушка будет его билетом в высшее общество.
— Мы не можем позволить себе много времени, — сказал Воло, — Давайте быстро поедим и двинемся в путь.
— Ненавижу торопить ужин, — пробурчал Пэсспоут, — Обычно, этой моя любимая часть дня. Наряду с обедом и завтраком.
— Если бы выбирал ты, то мы бы провели за завтраком весь день, — сказал Кёртис.
Пэсспоут проигнорировал слова юноши и решил начать свои ухаживания за девушкой:
— Воло, — проговорил драматург ангельским голосом, — Не кажется ли тебе, что мы должны предложить хоть немного еды нашему новому спутнику.
Великий путешественник был поражён — ещё никогда он не слышал, чтобы пухлый драматург был готов поделиться едой с кем-то другим. Воло подозревал, что у Пэсспоута есть скрытый мотив…и это показалось ему невероятно забавным. Учитывая опыт драматурга с одной из воительниц из Кошачьей Плети.
— Хорошая идея. Кёртис, возьми тарелку и подай порцию овсянки нашей гостье.
Прежде чем удивленный Пэсспоут успел возразить, юноша выпали:
— Прости, Воло, но нет. Когда я в последний раз вытащил кляп из её рта, она пыталась откусить мои пальцы.
— Бедный мальчик, — вставил Пэсспоут, — Видимо, ты не получил никаких знаний о ласковом отношении с девушками. Воло, позволь мне позаботиться о ней.
— Как пожелаешь. Только проверь потом, все ли твои пальцы на месте. И, если она начнёт драться, я разрешаю дать сдачи. Мне кажется, что награды за её спасение мы всё равно не получим, так что зачем стесняться?
