Однажды в Королевствах полностью

— Да неужели? — с улыбкой проговорила она, — Я знаю имена всех сыновей каждого кормирского аристократа и не припоминаю никакого Кёртиса.

— Вот-вот, — поддакнул Пэсспоут, — Он доказал это ещё когда не поверил в мои рассказы об Оливии Рускетл.

— Ха, наверняка он никогда и не видел выступления великого Данило Тана, — усмехнулась она, — Он, конечно, бесподобен, но Оливия Рускетл не на много отстаёт от него. Мне всегда влекло к бардам…

Пэсспоут замер.

— И драматургам, конечно же, — быстро добавила Шарлин.

Пухлый драматург довольно кивнул.

— Это конечно хорошо, что вы сумели подружиться, — вмешался Воло, — но, боюсь, нам нужно сейчас же отправляться в путь. Леди Блеф, вы можете отправиться вместе с нами на восток или взять лошадь, которая везла вас это всё это время и повернуть на запад, навстречу Алихану и его Орде. На вашем месте, я бы выбрал первое.

Воло затушил костёр и начал собирать свой походный рюкзак. Кёртис, в свою очередь, пристегнул котёл к своему большому рюкзаку и решил помочь Воло.

Шарлин ошеломленно посмотрела на юношу и великого путешественника, а затем перевела взгляд на драматурга.

— Пэсспоут, ты мой единственный друг…

Драматург остановил её поднятой рукой.

— Прости, но, боюсь, я пообещал Воло проделать этот путь вместе с ним. Слово мужчины. Я еду на восток с Кёртисом и Воло.

От отчаяния Шарлин топнула ногой.

— Не останусь же я одна посреди пустыни. Кто поможет мне укомплектовать мою лошадь?

- Кёртис, — скомандовал Воло, — помоги миледи собрать её рюкзак. Разрежь своё одеяло и дай ей — шёлковые панталоны сделаны явно не для путешествия по пустыне.

Кёртис взял кухонный нож, разрезал своё одеяло на два слоя, один из которых протяну Шарлин, после чего пошёл в сторону коня леди, дабы собрать всё необходимое.

Пэсспоут подошёл к Воло.

— Ну разве она не прекрасна?

— Не мне судить.

— Кажется, я влюблён.

Воло только закатил глаза и продолжил собирать свой рюкзак.

Путь на восток был достаточно спокойным.

Пустыня начала уступать место холмам, горным перевалам и в итоге полностью перешла в травянистые равнины. Благодаря этому, четыре путешественника не имели нужды в воде или траве для лошадей.

Из-за присутствия Шарлин, Пэсспоут совершенно забыл о своём постоянном голоде и жалобах на что-либо. Однако, к сожалению, жалобы Шарлин полностью компенсировали отсутствие нытья со стороны драматурга.

Воло уже начал рассматривать возможность оставить девушку в первом попавшемся городе, но потом в нём проснулся здравый смысл, и великий путешественник откидывал эту идею — ему не очень-то нравилась перспектива стать врагом семьи Шарлин. К тому же, Воло не хотел расстраивать Пэсспоута, который так сильно пытался всячески угодить ей.

Когда они проезжали к северу от великой Стены Дракона, Воло размышлял о том, сколько ему ещё придётся услышать нытья от этой избалованной девушки, как его размышления были прерваны её голосом:

— Что это за запах?

Все четверо путешественников остановились, чтобы принюхаться.

— Пахнет дымом, — ответил Кёртис.

— А там, где есть дым, есть и огонь, — добавил Пэсспоут, пытаясь выпендриться перед другими путешественниками.

— Этот дым пахнет хорошо, — тихо добавил Воло, — Должно быть, бамбук.

— Дым идёт оттуда, — сказала Шарлин, указывая на ближайший горный хребет, перекрывший долину.

— Мы должны действовать осторожно, — серьёзно добавил Пэсспоут, пытаясь скрыть свой собственный страх.

— Согласен, — ответил Воло, — Дальше продолжим путь пешком.

Четыре путешественника одновременно спешились. Кёртис взял поводья всех четырёх лошадей, чтобы позволить Воло и Пэсспоуту осторожно двигаться вперед.

Когда двое путешественников добрались до каменной насыпи, Шарлин, оставшаяся позади, громко спросила:

— Вы ничего не видите?

— Тихо! — шикнул Кёртис.

— Почему? — удивилась она.

— Мы же не хотим себя раскрыть раньше времени.

— И правда, — тихо ответила она, впервые замечая стройную фигуру молодого путешественника.

«Жаль, что он не богат», — подумала она, — «Хотя, он сойдёт за временное развлечение. Возможно, отклонение от изначального пути может оказаться и полезным».

— Эй, Кёртис, — начала Шарлин, — теперь, когда мы одни, я подумала…

— Тише! — резко оборвал он её, — Я же попросил тебя вести себя тише.

«Ни за какие богатства в мире я не выйду замуж за эту гориллу!», — подумала она, «Скорее, я выберу этого толстого драматурга. У него, по крайней мере, с манерами всё в порядке».

— Знаешь, мне кажется, что она действительно любит меня, — сказал Пэсспоут Воло, когда они вместе шли вдоль хребта.

— Тише! — шикнул Воло, — Ты хочешь, чтобы наше путешествие закончилось сейчас?

— О, точно, — согласился Пэсспоут, перейдя на шёпот.