— Слушай, ты, конечно, уже не в первый раз это говоришь… Но я всё-таки не понимаю… Почему ты решил, что Эрфа слишком быстро летит? — уточнила девушка.
Дан присел у одной из стен здания, а потом поднял с земли камушек и подкинул его в воздух. Камушек подлетел вверх на пару ярдов — после чего, как и полагается всем приличным камням на всех приличных планетах, замедлился, шлёпнувшись назад.
— Почему он упал? — спросил Дан, глядя на Пеллу.
— Его притянула Эрфа, — сказала девушка.
— А почему Эрфа его притянула? — уточнил Дан.
— Если ты пытаешься намекнуть на закон Миллера о всеобщем тяготении, то я его вообще-то знаю! — гордо заявила Пелла.
— Да? Он у вас Миллера? Пусть так… — кивнул Дан. — Значит, ты знаешь, что все тела во Вселенной притягиваются друг к другу?
— Ну мы не настолько дремучие…
— Тогда скажи мне, почему Эрфа не падает на Гробрудер? — ехидно поинтересовался Дан.
— Ну… Так получилось? — предположила Пелла.
— Так, конечно, получилось, — согласился Дан. — Только Эрфа падает, на самом деле… Точнее, должна бы падать.
— Я потеряла нить твоих рассуждений, умник!.. — заявила Пелла.
— Чтобы Эрфа не упала на Гробрудер, она должна одновременно и падать на него, и лететь параллельно его поверхности… И тогда, если её скорость будет близка к скорости падения, она так и будет кружиться вокруг Гробрудера, и падая на него, и оставаясь на месте. Это то, что мы называем «находиться на орбите». Пока понятно?
— Ну…
— Есть такая игра, «шар на склоне», — вспомнил Дан. — Ты её знаешь?
— Знаю! Игроки запускают шарик в воронке так, чтобы он кружился как можно дольше… — и тут глаза у Пеллы расширились. — Я поняла!..
— Вот! Я примерно знаю, насколько тяжела Эрфа. И знаю приблизительное расстояние от неё до Гробрудера. И я могу предположить, насколько тяжёл Гробрудер. Из этого я могу вычислить, с какой скоростью Эрфа должна падать на Гробрудер, а значит, и с какой скоростью она должна лететь вокруг него… Так вот… Она летит не меньше, чем в двести раз быстрее.
— Ну летит… Что в этом такого? Я понимаю, если бы медленнее летела!.. — заметила Пелла. — Или не понимаю?..
— Или не понимаешь! — кивнул Дан, снова открыв затвор объектива на фотографическом аппарате и подождав с дюжину секунд. — Всё, что держит Эрфу рядом с Гробрудером — это его сила притяжения. Если Эрфа летит быстрее — она должна сойти с орбиты и отправиться в свободное плавание. А она продолжает лететь вокруг Гробрудера. И этого я объяснить не могу всеми известными мне законами…
Пристроив фотографический аппарат на новое место, он на несколько секунд задумался, а потом усмехнулся.
— Мои родители бы сказали, что это антинаучно. Но мне кажется, что кто-то серьёзно поработал над всей вашей системой, Пел… Какая-то развитая цивилизация, которая может ускорить планету и пробить нору из вашей Солнечной системы в нашу Солнечную систему… И для меня эти руины — лишь ещё одно подтверждение…
На мгновение Дан остановился, огляделся, а затем снова резко стал касадором:
— Всё. Хватит языком трепать! Не мешай!
Девушка тяжело вздохнула, но решила и вправду помолчать. Она любила те редкие моменты, когда Дан становился Данилой Красновым с корабля «Арго»: отвечал на вопросы, объяснял, рассказывал…
И очень не любила, когда он делал рожу кирпичом и говорил рублеными фразами в стиле: «Дан хотеть кушать!». Однако с пониманием относилась к его желанию и дальше хранить свою тайну. Поэтому, когда Данила вновь становился Даном, Пелла просто молча отходила в сторону.
Вот и в этот раз она пошла разглядывать древнюю кладку стен, неизвестно когда и неизвестно кем построенных здесь, на центральных равнинах Марчелики. К удивлению девушки, вход в наиболее сохранившуюся из древних построек ещё сохранился. И выглядел он совсем обычным. К нему вела прямая лестница с двумя пролётами, над которой когда-то явно была крыша — отчего по сторонам от лестницы на массивных основаниях стояли шесть каменных колонн. Колонны были ровные, с круглыми базами внизу, чуть более узкими капителями наверху — и почти прямыми стволами.
Поднявшись по каменным ступеням ко входу, девушка замерла. Дальше, на первом этаже здания, было очень темно. А соваться в тёмные места на малознакомой земле было глупо. Ещё глупее было орать в дверной проём, но об этом заскучавшая девушка, к сожалению, не подумала…
— Эй! — крикнула она, засунув голову внутрь.
И услышала в ответ отзвуки гуляющего по помещению эха.
— Пел! Пойдём! — раздался сзади крик Дана.
Девушка обернулась к касадору, который, стоя в центре площади, старательно упаковывал фотографический аппарат в поясную сумку.
— Иду! — откликнулась Пелла и снова кинула взгляд в дверной проём.
Проём как-то изменился. Или темнота внутри него изменилась. Девушка даже не сразу поняла, в чём именно дело.
— А-а-а! — произнёс чей-то глубокий голос прямо у неё над головой.
